– Как насчет семейного ужина? – поинтересовалась Герда, понимающе улыбаясь.
Рафаэль вопросительно уставился на меня, и я кивнула.
– Через два дня будем, – отозвался он и, быстро попрощавшись, отключился.
Его пальцы вновь запутались в моих волосах, губы уже не обожгли поцелуем, как в первые мгновения встречи, а согрели лаской.
Через время, пытаясь отдышаться, я уткнулась Рафаэлю в плечо, чувствуя, как руки мужа поглаживают спину, дарят ощущение защиты и силы.
Потянулась вновь за поцелуем, но нас прервал очередной звонок по лиару. Звонили из целительского центра, просили подтвердить запись на прием к врачу. Мой муж коротко ответил и отключился, переводя взгляд на меня.
– Маркус звонил, да? – нахмурилась я.
Ну, а как иначе мой муж узнал бы, что на сегодняшнем официальном обеде с аэрцами у меня закружилась голова? Я ему рассказать еще не успела. И причину, почему это произошло, тоже пока не назвала. Вот как с ним поделиться? Я просто не умею преподносить такие новости.
– Я его сам набирал, – ответил Рафаэль, пронзительно смотря на меня. – Решил, тебе необходим выходной.
И от этой простой заботы в глазах вдруг защипало, и я еле сдержалась, чтобы не расплакаться. Прикусила губу, делая глубокий вдох и успокаиваясь. Рафаэль ласково провел пальцами по моей щеке, заглянул в глаза, словно чего-то ждал.
– Тебе нужно поесть, – тихо сказал Рафаэль, так и не дождавшись от меня никаких слов.
Значит, и про то, что за обедом я просто ковыряла вилкой в тарелке, он тоже знает?
Сопротивляться заботе мужа я, конечно, не стала. Но когда Рафаэль с ненормальной бережностью подхватил меня на руки и усадил в свое кресло, совсем растерялась. Он переместился к нише, где обычно хранил что-то из еды. Через пять минут передо мной стояла тарелка с супом-пюре, посыпанным свежей зеленью, запеченная рыба и стакан гранатового сока.
Я благодарно подняла глаза на моего мужчину и принялась за обед, наслаждаясь вкусной едой.
– Спасибо, Рафаэль.
– Алекс сказала, тебе такая еда полезна, да и должна понравиться, – спокойно заметил он, убирая со стола поднос.
– Алекс? – удивилась я, гадая, что происходит.
– Диар заглядывал сегодня утрясать свое расписание вместе с женой, – пояснил Рафаэль. – Кстати, и тренировки с сегодняшнего дня тебе придется прекратить.
Я ошарашенно уставилась на мужа, понимая, что он все знает. С его-то проницательностью…
– Гвен, ты ничего мне не хочешь рассказать? – мягко поинтересовался Рафаэль.
Я занервничала, и его ладонь тут же оказалась в моей руке.
– Гвен… Ну, чего ты боишься? – прошептал, перемещая меня в свои объятия. – Я ведь так счастлив, что стану отцом. Раньше не смел об этом даже мечтать.
Его губы замерли возле моих, взгляд полыхнул теплом и нежностью.
– И я, несмотря на то, что это было весьма неожиданно, тоже очень счастлива, что у нас будет ребенок, – выдохнула, расслабляясь в его руках. Самых сильных, надежных, любящих…
Рафаэль усадил меня на стол, прижался лбом к моему животу, нежно целуя и по-прежнему не выпуская из своих рук.
Я все же всхлипнула от переизбытка чувств, Рафаэль тут же стер с моих щек слезы.
– Я так тебя люблю, моя радость, – сказал он, целуя мою ладонь.
Рафаэль так редко произносит именно эти слова, выражая свою любовь каждодневной заботой и поступками. От этого каждое его «люблю» еще ценнее.
– Я тебя еще больше.
Он вновь притянул меня к себе, обнимая, согревая, защищая в кольце своих рук от всего, что способно меня ранить. И я ощутила такое огромное всепоглощающее счастье… Оно накрыло с головой, расправило крылья. И когда наши губы встретились, пропала в моем мужчине. Самом любимом. Самом желанном. Моем единственном.
