До поздней ночи я возилась с камерой, фотографиями, то и дело переснимая отдельные страницы, чтобы добиться лучшего качества снимка, или фотографируя отдельные фрагменты. В перерывах я поздравляла с Рождеством, и принимала поздравления. Пришлось прерваться на Эй Джей, находящуюся на вечеринке у Алекс — она включила видеосвязь и показывала мне украшенную гостиную, говоря шепотом о том, что на таких размеров, как вся ее квартира.
— Детка, здесь твой Феб, — шепотом проговорила она. — Ходит темнее тучи, ни с кем не общается.
— А мне какое до этого дело? — я состроила рожицу. — Меня не должны волновать нюансы личной жизни моего босса. Кстати, о боссе. Эй Джей, ты не хотела бы составить мне кампанию в Барселоне?
— В смысле? — Эй Джей тут же забыла о вечеринке и о том, что вокруг нее шумят десятки людей. — Ты решила сбежать в Испанию?
— Нееет, — я сделала таинственный вид. Не думаю, что подруга смогла увидеть таинственность на экране, но интонацию, в целом, она почувствовала. — Мой босс подарил мне солнечную Барселону на Рождество.
— Всю? — иногда у Эй Джей бывают проблемы с мышлением.
— Не думаю, что у него денег на всю хватит, — я покачала головой, а подруга хихикнула. — Билеты и проживание на его вилле.
— А он сам будет присутствовать? — теперь я поняла, что она просто подшучивает надо мной.
— Как остроумно, я… — мне не дала договорить Алекс, выхватившая телефон из рук Эй Джей.
— Привет, — радостно воскликнула Алекс, махнув мне рукой, а потом повернула экран к гостям. — Внимание всем! — громко крикнула она, призывая к тишине собравшихся. — Хочу представить вам нашего ангела — хранителя, нашу спасительницу — Бруклин! — судя по поведению, Алекс уже изрядно выпила.
— Привет, — я махнула рукой, радуясь тому, что Эй Джей не любит большие телефоны, и все, что могут увидеть гости — пятно малинового цвета, а не меня с волосами, кое-как собранными на макушке, и одетую в жутко растянутый малиновый свитер. — С Рождеством, — не думаю, что гости услышали в моем голосе энтузиазм, потому что в ответ прозвучали такие же жиденькие поздравления.
— Алекс, — я слышала, как Эй Джей пытается забрать телефон у Алекс, но та не спешила отдавать.
— Бруклин еще и подчиненная моего брата Бенджамина, — принялась рассказывать Алекс, — А еще она очень и очень милая.
— Ты тоже очень милая, — меня окатил теплом голос Бенджамина. — А еще у Бруклин завтра со мной встреча на объекте, а ей нужен отдых, — только благодаря тому, что это был прием и множество гостей следили за каждым звуком, я промолчала. — Спокойной ночи, мисс Ламберт. Отправляйтесь в свою постель, — его лицо лишь на секунду появилось перед камерой и исчезло, а я затаила дыхание, и поэтому не успела ответить.
— Эй, — Алекс возмутилась за меня. — Ты ее обижаешь!
— Алекс, прекрати, — экран у айфона Эй Джей был небольшой, а вот микрофон — прекрасный. — Никого я не обижаю.
— Ты командуешь, — она тоже стала говорить тише. — Это грубо. Ты же не будешь с нею груб завтра?
Эти двое явно забыли, что звонок никто не прервал, и продолжали обсуждать меня и поведение Феба на завтрашней встрече.
— Бен, я требую, чтобы ты не был груб. Брук — моя подруга, а еще…
— А еще она очень милая, — продолжил Феб. — Я буду нежен, — добавил мужчина, и вот тут звонок прервали, оставив меня размышлять: он действительно так сказал, или мне показалось.
35
Открыв дверь подъезда, я поняла, что сделала ошибку, надев легкое пальто. На улице поднялся очень сильный ветер, принесший сырость с атлантики. Влажный воздух спровоцировал появление инея на проводах и ветвях деревьев, сделав все вокруг волшебным и по- настоящему рождественским. А еще сырость сделала асфальт абсолютно скользким, что меня очень нервировало.
— Чертов гололед, — пробурчала я, едва передвигаясь к внедорожнику, стоящему на обочине. На плече висел портфель с лэптопом, а в руках я несла чертежи и коробку с подаренным альбомом, и от этого я чувствовала себя еще более неуверенно, словно я была талисманом хоккейной команды, которого вытолкнули на лед, хорошенько раскрутив перед этим. Хорошо, что водитель уже вышел, и открыл заднюю дверь, и у меня был ориентир.
— Доброе утро, мисс, — сказал он, глядя на мои конвульсивные движения, и предусмотрительно протягивая мне руку, за которую я тут же радостно вцепилась. — Скользко.
— Доброе утро, — пробормотала я. — Ненавижу гололед, но, — останавливаясь перед тем как сесть в машину, и осматриваясь, я добавила:- зато красиво, как в сказке!
— Моя дочь именно так и сказала сегодня утром, — мужчина улыбнулся. — Ей пять и она принцесса, — добавил он, разводя руками, и продолжая улыбаться.
— Ей повезло, — хихикнула я, садясь в автомобиль, и бросая сумку с лэптопом и чертежи рядом, а коробку я оставила на руках. Альбом — произведение искусства, и не хотелось его повредить. Я бы сама себе этого не простила бы.
