— Уродина, — Бренда, поднявшаяся на ноги, с диким воплем набрасывается на меня. Только и успеваю давать сдачи. Обрушиваю на неё серию метких ответных ударов. Стаскиваю с её лица маску, в тот момент, когда она, загибаясь от боли, пытается прийти в себя. Двинула я ей неслабо в район солнечного сплетения…
Видно конечно, что они подрастерялись. Не ожидали от меня такого воинственного настроя. Но растерянность быстро трансформируется в бешенство. Переглянувшись, меняют тактику и кидаются на меня все разом.
— На пол валите её! — кричит кто-то. Включают душ, дабы заглушить звуки происходящего.
Нельзя падать на пол, иначе потом не поднимусь. Забьют ведь… Тяжело дыша, отшвыриваю кого-то к стенке, но меня тут же остервенело колошматят. Кажется, одноклассницы приловчились. Методично пинают по очереди до тех пор, пока я сжав челюсти, не приседаю на пол от вспыхнувшей боли внизу живота.
— Ну что, сука, не такая уже резвая? — с трудом поднимая меня вверх, спрашивает Виктория.
Еле стою на ногах. Чувствую кровь, струйкой стекающую из носа и адскую боль во всём теле.
— Да пошли вы, — улыбаюсь разбитыми губами, за что и получаю в очередной раз по лицу. Падаю, больно ударяясь коленом.
— Гаси!
Они снова с особой жестокостью нападают. Я окончательно оседаю на плитку, только и успевая прикрывать стратегически важные места. Получается неважно, ибо бьют, не жалея и куда придётся: живот, спина, лицо. У меня, к сожалению, не осталось сил на то, чтобы отбиваться и противостоять. Слишком их много, увы… До хруста сжимаю челюстные мышцы, стараясь приглушить собственные стоны. Хорошо, что шумит вода, не хочу, чтобы они упивались своей победой надо мной.
— Эй, вы обещали просто припугнуть её!
А вот этот тонкий голос заставляет меня на секунду забыть о боли и мучениях.
— Фостер… это ты?
Смотрю. Не могу поверить. Одинокая фигура, всё это время не принимавшая участия в групповом избиении, замирает так… словно я попала в точку. Святые небеса! Последнее о чём успеваю подумать, окончательно распластавшись на плитке, это о своей тупости. И как только я не догадалась!
— Выскочка, получай!
Боль снова пронзает желудок.
— Дрянь!
Клянусь, чувствую, как хрустят косточки на пальцах. Тяжёлые ботинки безжалостно приземляются прямо на них.
— Перестаньте, хватит! — дрожащим голосом просит Тэми Фостер.
О, не надо дорогая. Ты ведь должна была понимать, что меня ждёт. Внезапно накрывает волна отторжения и презрения к этой девчонке. Подумать только, она с ними заодно…
— Заткнись, дура! — успокаивает её младшая из сестёр Адамс.
— Такого уговора не было! Вы её покалечите! — срываясь на истерику, плачет она.
— О, это именно то, на что мы рассчитываем, — невозмутимо отвечает ей Виктория, присаживаясь на корточки рядом со мной. — Ты такая жалкая, Смит!
Я приоткрываю распухшее веко и шепчу губами только одну фразу.
— Громче говори, тварь! — хватает за волосы, приподнимая так, чтобы я смотрела на неё снизу вверх. Откашливаюсь собственной кровью и пытаюсь набрать в грудь воздуха.
— Он тебя бросил, да? — мои разбитые губы расползаются в усмешке, когда я почти шёпотом хрипло произношу эту фразу.
— Закрой свой рот, сука! — зло предостерегает она, яростно сверкая безумными глазами.
Полагаю, что попала в цель. Вспоминаю слова той девчонки с парковки: «Ты у нас теперь парень свободный». Смеюсь, кашляя. Балансирую на грани, но хочу довести Викторию до белого каления.
— Трахалась с ним? Отвечай, дрянь! — ожесточённо тянет за свалявшиеся пряди и низко склоняется к моему лицу.
Мы несколько секунд пускаем в друг друга стрелы ненависти. Она расценивает ситуацию неверно, но я не собираюсь её переубеждать…
— Дура поехавшая, — только и успеваю ответить я. А потом ничего не помню. Удар каблуком в затылок — и перед глазами мураши. Бешеные цветастые точки пляшут в неистовом танце, и уже через секунду я отключаюсь…
— Дженнифер!
Я всё ещё жива?
Не хочу открывать глаза.
Такое ощущение, что все органы отбиты…
Кто-то осторожно дотрагивается до моего лба.
— Дженна, пожалуйста, очнись, Дженна! — пальцы заботливо касаются щеки.
— Онил, это ты? — размыкая слипшиеся от запёкшейся крови губы, спрашиваю я. Хочу убедиться в том, что это действительно она, а не её фантом.
— Что случилось? Кто сделал это с тобой? — трогает мой затылок.
— Больно…
Пытаюсь пошевелить конечностями. Так отвратительно я себя ещё не чувствовала. Тело нещадно ноет, пальцы распухли, а в голове — адская карусель. И да, в данный момент мне кажется, что болит абсолютно всё…
— Подожди, не торопись.
Роуз стаскивает с себя пиджак и аккуратно подкладывает мне его под голову.
— Я приведу помощь, всё будет хорошо, слышишь? По её лицу катятся слёзы, руки трясутся, голос дрожит. Наверное, всё выглядит также дерьмово, как ощущается.
— Не надо… Просто дай мне… одну минуту.
