Но я все равно говорю: — А кто ты? Я тебя знаю и не знаю...
— Неважно, я тот, кто исполнит твои желания и уже сейчас...крошка.
Он прижал меня к стене и поцеловал мою грудь через гипюр. Сжал руками мою попу. И стал целовать в губы, неистово и ненасытно. Затем резко перевернул к себе спиной, прижался к моей попе своей напряженной плотью через брюки. И принялся расстегивать молнию на моем платье, жарко и сладострастно целовать меня в шею, и пальцами сжимать мои соски под тонким бюстгальтером. Его пальцы скользнули под лиф, я закрыла глаза. Все это так сводило меня с ума, что я желала, чтобы он быстрее меня раздел. Он целовал меня в шею, но в этот момент я почувствовала, как кто-то еще стал ласкать мои соски. Я открыла глаза и увидела еще одного знакомого незнакомого парня. Но мне было уже все равно, мне было так хорошо. Я провела ладонью по его обнаженному торсу, и он спустился вниз, приподнял мое платье, отодвинул край моих трусиков и стал ласкать там языком. А тот парень, что был сзади, расстегнул ширинку на своих брюках и стал тереться членом о мою попку, а руками сжимал мои груди. Я чувствовала, что сейчас меня накроет буря бесконечного и волнующе водоворотного удовольствия, и он тоже спустился ниже позади меня и стал целовать мою попу и ласкать языком мой анус. А я инстинктивно стала сжимать свои соски. Это было очень интересное и необычное ощущение... Я почувствовала, что сейчас... вот уже сейчас... я окунусь в эту пьянящую и сладко пряную лавину наслаждения, но в этот момент услышала голос: — Крошка, я приехал, ты ждала меня?
И мои мысли: «Да уж, хорошо же я ждала. Жаль, что не успела закончить…Вот сейчас Хозяин войдет, а я с ними. Ну просыпайся же! Сейчас ведь увидит, убьет всех троих, ну же!»
И я проснулась.
— Северин, где ты? — спросила я. Что это? Не пойму. Сон или нет? Я встала. Северина не было. Значит, это был лишь сон. Наверное, он все еще на левом фронте. Да уж, лучше бы он вернулся, я бы тогда зажгла с ним. Но нет. Эх, а жаль.
После сна еще больше захотелось. А с кем? Те парни только приснились, да и в реальной жизни я не такая раскованная. Однозначно бы отправила их куда подальше. И вспомнилось, что Северин мельком сказал, что Велимир тоже тут, трудится на благо Родины. Думаю: «зайти, что ли, к Велимиру. Или, может, не стоит? Наверняка, он там бумагами занимается, чего я его буду отвлекать».
Ну нет, и отдыхать иногда тоже надо. Вот и расслабимся!
Вышла, бреду по коридору. А где его найти? Думаю: «раз это гостевой дом, то, наверняка, персонал знает. Может, та бабка распорядительница? Пойду спрошу. Или не стоит? Осуждать будет. Ну и ладно». Пошла к выходу. Там никого не было. Но я тогда не заметила, а оказывается, стоит какая-то тумба с номерами. Номер 4 — Алевтина и Северин, номер 5 — пусто, номер 6 — тоже, номер 7 — Адалина, номер 8 — Велимир. Ура! Дальше читать не стала, чуть не побежала. Но вспомнила, что ночь, и на цыпочках добралась до номера 8.
Осторожно постучалась.
И надо же! Велимир открыл.
— О, Тина! Заходи, — говорит.
А я стою на пороге, не решаюсь. Велимир в своем репертуаре: на полу кипы бумаг, какие скомканные, какие цельные.
А сам стоит в полурасстегнутой рубашке, но без штанов, в трусах. И, почему-то, в носках оранжевых и без тапочек.
— Ой. Я наверное, все-таки не вовремя. Зря постучалась. Не хотела. Пойду, наверное.
— Да ладно тебе, что уж там. Привет, что ли, крошка.
И впился в мои трепетные губы жарким и пряным поцелуем. А его руки властно обвили мою талию.
С трудом отрываюсь от его губ.
— Ухх, Велимирчик, ты, конечно, умеешь удивлять, — с трудом перевожу дыхание после столь жаркого приветствия. — И часто ты так здороваешься, котик?
— Всяко-разное бывает в жизни, детка, — усмехнулся он.
— Ну да, кто бы сомневался, — прохожу в комнату.
— Присаживайся, — приглашает. А сам снова за бумаги.
Я бухнулась на кровать не глядя.
— Ой! — Воскликнула я.
— Что такое?! — удивился Велимир.
— По моему, я на что-то села.
Велимир бросил на меня взгляд, провел глазами по дивану и говорит:
— Кажется, это были конфеты.
— Велимир, а как ты теперь их будешь есть, если я на них села? И кажется, одной конфеткой прямо… — наверное, я покраснела.
— Крошка, я гораздо глубже знаком с твоей попкой, чем эти конфеты. И Велимир встает из-за стола, подходит ко мне, берет конфетку, ту самую, разворачивает и кладет себе в рот.
— Велимир, ну как ты… — даже не получается договорить, так засмущалась.
— Ну подумаешь, маленькие сложности. Кстати, да? Детка, как насчет сложностей?
— Каких? Конфет? Не понимаю, милый.
— Нет. Половых, так сказать.
— Ну не знаю, — засмущалась. А чего тут знать, надо брать и делать, крошка, — и неожиданно и настойчиво опрокинул меня на кровать.
— Ой, ну Велимирчик, но что ты делае… — я не договорила, потому что губы Велимира жарко накрыли мои, сладко утягивая в водоворот желаний. А его ладонь жадно сжимала мою жаждующую ласки грудь.
— Крошка, я всего лишь делаю то, что нам обоим сейчас так нужно. Ты ведь сама пришла ко мне за этим, а я тебя так хочу. Дорогая…
