–– За кого? – Аа, так… – Отмахнулась я. – Парень один, работал вместе со мной в компании у отца. Наш рейс объявили. Идем на посадку.
–– Идем. Мы поднялись из-за столика, и Саша галантно подхватил меня под руку.
В самолете нам удалось договорится с пассажиром, сидящим рядом со мной, и поменяться местами.
Нежданов устроился рядом, достал ноутбук и принялся показывать фотографии. Оказывается, он был в разводе и имел дочь, которой в следующем месяце исполнится три года. Он постоянно шутил, рассказывал веселые истории из его студенческой жизни и адвокатской практики.
На какое-то время я совершенно забыла об Игоре и о том, что произошло в его доме.
Полет был долгим и вскоре я провалилась в сон, укрытая выданным стюардессой легким пледом.
РИММА.
Прокурор Сергей Митрохин выглядел обеспокоенно, узнав об убийстве Крылова и младшей дочери его друга.
Римма, дав ему возможность подумать, молча шла рядом и рассматривала начинающие покрываться желтой и красной листвой деревья.
Они медленно брели по бульвару в сторону городских прудов.
–– Что думаешь? – не выдержала Римма долгого молчания.
–– Думаю, что тебе нужно избавиться от этого дела. Возможно, мне стоит поговорить с твоим начальствам и передать его к нам в прокуратуру. Оно становится слишком опасным.
–– Сереж, я ведь следователь, а не кухарка. Это моя работа. И я не впервые расследую убийства! – Возмутилась она.
–– Заказные, в которых люди по двое гибнут с минимальным промежутком времени между преступлениями, сомневаюсь. Пойми, это не был пьяный сосед по лестничной площадке, которому отказали дать денег на бутылку водки. Затем он расстроился и всех расстрелял. Работают безбашенные и жестокие убийцы.
–– Сомневаешься в моей компетентности? – зацепилась она. – Или ты так говоришь, потому что я женщина? – Ее зрачки сузились.
Римма терпеть не могла, когда мужчины пытались навязать ей мнение о том, что она слабая и ей не удастся сделать то, что она задумала.
За четырнадцать лет работы в мужском коллективе ей удалось добиться большого уважения. Коллеги с ее профессиональным мнением считались и очень часто обращались за дельным советом.
Кравченко обладала далеко не женским характером и не любила никому уступать, особенно мужчинам. Она всегда хотела быть наравне с ними во всем, а в итоге у нее зачастую многое получалось и лучше. Ей было важно быть первой, а не второй.
Может, именно поэтому и не сложилась их совместная жизнь с Митрохиным, который долго подстраивался под характер Риммы, но так и не смог стать ей равноценным партнером. Ему хотелось, чтобы она хоть иногда призналась в том, что была не права, чтобы прислушалась к его мнению, спросила у него совет. Вообще, хоть в чем-то разрешила ему помочь ей.
Но для Риммы это было неприемлемо. Она хотела все делать сама и по-своему, желательно одна. В быту существовало только одно мнение – её.
Несмотря на такой жёсткий характер любимой, Митрохин на многое закрывал глаза. Он научился жить с ней и любить её вопреки всему. Конечно, иногда он уставал и обижался на нее. Пару раз даже пытался уйти, но не смог покинуть двор – сидел полночи на уличной лавке, до тех пор, пока она не спустилась вниз и не забрала его домой.
Римма понимала, что для неё Митрохин в этой жизни был самым идеальным и подходящим вариантом, иначе со своей стервозностью она бы осталась одна, что, впрочем, ее не пугало. Она знала, что ей следовало быть помягче, хотя бы дома, но ничего поделать с собой не могла.
Митрохин, в отличии от нее, был необыкновенным романтиком. Он помнил все праздники и даты и устраивал ей сюрпризы на Восьмое марта, день Рождения, годовщины.
Казалось бы, не мужик, а сказка: щедрый, заботливый, порядочный, преданный… Но в тоже время однообразный и скучный в постели.
При всем его романтизме в их отношениях отсутствовала страсть, которая Римме была необходима как воздух. В какой-то момент ей стало его безумно жалко: он снова принес ей без повода пятьдесят длинных красных роз, а она в ответ скучно зевнула, глядя на букет, и пошла собирать вещи…
Именно так в тот день закончились их пятилетние отношения. Римма вернулась в свою квартиру и хорошенько выспалась, довольная наступлением полной свободы, а Митрохин беспробудно пил на протяжении месяца и чуть не вылетел с работы за многочисленные опоздания.
–– Нет, нет, что ты! В тебе я нисколечко не сомневаюсь. Просто боязно за тебя, – Митрохин взял ее за руку. – Ведь убийство Крылова и Вероники произошло почти сразу после твоего разговора с ними. Вероятно, что убийца знает о их походе в полицию.
–– Хорошо, что знает. Потому что теперь я точно это дело из своих рук не выпущу, пока не раскрою.
–– Вот упрямая, – он легонько приобнял ее за талию. – Почему ты всегда прешься напролом и туда, где может быть очень опасно?
–– Потому что люблю, когда адреналин скачет.
–– Римма, возвращайся домой? Пусть все у нас будет как раньше? – Тихо прошептал он. – Будет даже лучше. Мне тебя очень не хватает.
–– Сомневаюсь я, Сереженька. Дважды в одну реку не входят, – вздохнула она.
–– Обещай подумать? – В его голосе звучала надежда на утвердительный ответ.
