– Это нереально! По всей стране и не только.
Порывом ветра кленовый лист приклеился к широкой скуле телохранителя. Ада встала на цыпочки, чтоб снять жёлтое письмо осени. Она закусила губу, касаясь тёплыми пальцами мокрого лица Артёма.
– Я про офис.
Он нахмурился, пряча за нарочитой суровостью растерянность в зелёных глазах.
– Приказа не было, – пробурчал, ускоряя шаг.
Ада умела настоять на своём. Слишком хотелось поразить Пашу в сердце, настолько в обновках сама себе нравилась. Устойчивые каблуки бежевых сапог на шнурках радостно стучали по кирпичной кладке тротуара.
Она обогнала загруженного пакетами здоровяка, заглядывая «щенячьими» глазками в недовольное лицо.
– Не всё приказами жить. Хочу Пашу удивить! – Она только что не мурчала довольной кошкой. – Хорошим настроением нужно делиться. Уверена, он обрадуется!
– Позвоню шефу, что скажет, – ворчал не разделяющий чужой праздник жизни телохранитель. – Может босс на выезде.
Лиса заглядывала в глаза, стараясь быть убедительной.
– Скажи, что у меня есть уважительная причина!
Он загрузил покупки в машину.
Ада не стала дожидаться, пока перед ней откроется дверь. Попа, обтянутая бирюзовым пальто, шлёпнулась на кожаный диван.
Артём обречённо смотрел на красотку в зеркало заднего вида. Безнадёжное:
– Вы не отстанете?
Ада потрясла головой.
– Нет!
После вздоха:
– И не успокоитесь?
– Нет! Звони шефу! – она замурлыкала мотив любимой песенки, не оставляя выбора.
Достать провинциалка могла любого.
Через час Ада стояла у высокого здания холдинга. Сердце быстро стучало, оценив размах. Если она наследница Павла, то это здание когда-то будет принадлежать ей.
Осталось вникнуть в специфику работы будущего мужа, на всякий случай. Дабы было чем кормить детей, если что-то произойдёт. Она усмехнулась, отгоняя дурные мысли. Паша до сих пор плевал в глаза смерти, а женившись, обязан жить вечно.
На проходной на неё уже был выписан пропуск. Охранники с любопытством разглядывали спутницу личного телохранителя босса. Если его приставили к красивой блондинке, значит, она имеет отношение к хозяину.
– Это здание Паши?
– Вместе с Давидом. Это главный офис холдинга.
«Упс!» – Ада на ходу делала поправки в планы на будущее. Одно из зданий выпадало из недвижимого наследства. Она улыбалась собственным мыслям. Всё распланировала и расписала, осталось соблазнить героя девичьих грёз.
– Девушка, стойте! – черноволосая женщина лет тридцати перегородила вход в кабинет начальника.
Ада обернулась в надежде на помощь Артёма, но тот задержался в коридоре с каким-то мужчиной. Она попробовала обойти живую преграду.
– Я к Паше!
– Павел Сергеевич занят! – Карие глаза сверлили молодую напористую нахалку. – Вы записывались на приём?
Ада фыркнула, передёргивая плечами.
– Зачем мне это? Я его невеста!
Секретарь опешила на секунду.
– Павел Сергеевич никогда не говорил, что решил жениться.
– Я тебе говорю! – Ада оттолкнула женщину и рванула дверь на себя с криком. – Паша! Меня к тебе не пускают! – она осеклась, увидев за длинным столом мужчину и двух молодых женщин.
Свет из высоких окон падал на нервно сжимающиеся наманикюренные пальцы расфуфыренных куриц.
Ада совсем не ожидала услышать жёсткое:
– И правильно делают! – злой взгляд сверлил лицо опешившей пигалицы. – Как ты здесь оказалась?
Она растерянно хлопала ресницами. Хорошее настроение мгновенно улетучилось не только от грубости слов. Ядовитая ревность колола сердце. Снова вокруг него женщины.
– Сюрприз не удался… – стоило тратить столько времени на выбор одежды, если ему плевать, как чудесно она сейчас выглядит?
Захотелось уесть соперниц, с усмешкой в глазах взирающих на незваную гостью. Она сделала вид будто не замечает, что заявилась не к месту. Кокетливый взгляд и с беспечностью в голосе, хоть в душе всё кричало:
– Решила познакомиться с местом, где работает жених. Любимый, я не вовремя?
Паша отшвырнул ручку и поднялся из-за стола, улыбаясь гостям сквозь сжатые губы. Короткая фраза:
– Прервёмся на пару минут. Я сейчас.
Ада дрожала от обиды. Он даже её не представил. От страха. Таким злым она видела Павла впервые. Куда делось хвалёное хладнокровие? От ненависти к себе. Навоображала воздушных замков, забыв спросить принца, согласен ли он в них жить.
Жёсткие пальцы больно сжали локоть. Павел тащил её в коридор мимо довольной секретарши.
– Босс, я задержал…
– Заткнись! Не хочу слышать оправданий! Ты грубо нарушил протокол!
Он швырнул пигалицу в руки телохранителя, избегая смотреть в растерянное лицо с дрожащими губами.
Тёма пытался оправдаться:
– Я доложил…
– Значит, Вадим забыл сообщить мне. Потом разберёмся.
Ада чувствовала себя куклой, в которую поиграют, когда хотят, и ставят на полку. Что видела она за неделю? Клиника, салон, клиника, бутики. Её в очередной раз осмотрели, причесали, одели и бросили наигравшись. Барби без Кена. Она проморгалась, задрав голову вверх. Слёз её не дождутся! Ещё одна попытка обратить на себя внимание:
– Мне надоело сидеть взаперти! Хочу посмотреть Москву! Сходить в гости, погулять в парке…
Протест был подавлен без единого взгляда в её сторону.