– А не краска для яиц, нет? – с насмешкой спросил маг, но все послушно выпил.
Я дождалась этого момента, чтобы ехидно ответить:
– Что ты… всего лишь тройная доза слабительного!
Он на мгновение замер, а потом повалился на подушку от хохота. Смеялся долго, а едва успокоившись, весело спросил:
– Полагаешь, первая волна наступления умертвий прицельно атакует туалет?
Представила себе толпу зомби, рвущихся в нужную комнатку, а с другой стороны Инар держит дверцу и орет: «Занято!» Хохотала я долго и издевательски, в итоге получила подушкой от Инара. Перестала хохотать, села. Посмотрела на мага и снова повалилась на подушки, не в силах сдержаться.
– Что? – возмущенно спросил он. – Да в чем дело?
С большим трудом я взяла себя в руки, села и постаралась пить чай, не фыркая от смеха.
Потом вдруг осознала сказанное Инаром и веселиться расхотелось.
– Вопрос, – кусая пирожок, произнесла я, – что ты имел в виду под первой волной умертвий?
Инар, который как раз примерялся к пирожку, замер, посмотрел в сторону окна, за которым уже совсем стемнело, и тихо сказал:
– Нам сейчас нужно поесть, потом мне желательно хоть немного поспать… В полночь будет не до сна мне, а тебе к этому времени желательно придумать что-то с метлой.
– Метла самовосстанавливающаяся, к утру будет целая, – отозвалась я.
Подумала, встала, достала еще три порошка, восстанавливающих силу, и принесла Инару.
– Пей сейчас, период активного действия у них только через пару часов начнется. – Я снова села рядом со столиком, взяла чашку в руки и решилась спросить: – А как ты… будешь сражаться? Если магию тут блокируют…
Он молча указал на ножны с мечом, которые сейчас небрежно лежали неподалеку от камина.
– Я все-таки боевой маг, – Инар криво усмехнулся, – именно для таких случаев нас и обучают фехтованию.
– Ясно, – сказала я и отставила чай в сторону.
Есть уже тоже не хотелось.
– Ярусь, – Инар перенес столик на пол, сел ко мне ближе, обнял за плечи. – Ярусь, все будет хорошо, я не самый слабый мужчина на свете. Я справлюсь. Все будет хорошо.
Молча смотрю на потолок – странно, после его слов все мокрым не стало. Хотя стало – по щекам потекли слезы… они начали стекать по подбородку и капать на грудь…
– Ярослава…
Рубашка на мне была большая, стоило вздрогнуть – и она подло сползла, обнажив плечи… Инар осторожно поправил ткань, натягивая ее обратно.
– Ярусь…
– Мы все умрем, – сказала я.
– До рассвета продержимся, – уверенно произнес Инар.
Я подумала немного и с надеждой предложила:
– А если ты станешь демоном?
Он отрицательно покачал головой, потом пояснил:
– Как демон я сильнее физически, но… понимаешь, тело демона очень сильное, но не мое, я не привык к этой форме. Мне мешают крылья, ходить на копытах непривычно, и хвост постоянно под ногами путается. В бою нужно отчетливо знать, на что можешь рассчитывать, я привык рассчитывать на свое человеческое тело. В нем я быстрее, увереннее и смогу вести бой, не отвлекаясь на мысли о том, как бы на хвост не наступить. Но в крайнем случае я… да, стану опять демоном, рогатым и хвостатым.
– И копытятым, – вставила я.
Инар улыбнулся.
– А если улететь? – опять внесла предложение я.
– Куда? – тихо спросил маг. – Вокруг лес, в лесу полно нежити. Днем мы сможем пройти вдоль реки, а сейчас это самоубийство.
Я отчетливо понимала, что он прав. А еще то, что в противостоянии нежити Инар смыслит больше, чем я. А еще…
– Инар, – я села лицом к нему, – тут же река. И частокол, и это территория гарнизона, она же укрепленная. И здание… и окна с решетками! И ты же двери забаррикадировал и…
Вдруг поняла, что у меня начинается истерика. Руки дрожат, по щекам слезы, а мысли мечутся, словно птицы в клетке, в поисках хоть какой-то лазейки… а ее нет! И он сидит сейчас совершенно спокойный, а потом пойдет умирать! Тоже совершенно спокойно! И даже мне ничего не скажет… Как тогда, когда дал зелье и пошел умирать, бросив вызов магу-отступнику! Только на сей раз его никто обращать не будет, его просто убьют и разорвут на кусочки и… Нежить, она же живыми питается!
– Инар… – простонала я.
– Ярусь, все будет хорошо, – он потянулся, обнял, поцеловал в лоб, – все будет хорошо, обещаю…
А я тихо плакала и всхлипывала и, обняв Инара, забралась к нему на колени, прижалась и, уткнувшись в его шею, заревела в голос.
– Ярусь, – он осторожно гладил по спине, по плечам, с которых рубашка снова сползла, – Ярусик, ну не плачь… Ярусь.
Мне тут «не плачь», а сам умирать пойдет!
Я все еще ревела, когда почему-то вдруг прижалась к его шее не носом, а губами. И шея у Инара была вся соленая, но такая, что я поцеловала его еще раз. А он замер, напрягся и вдруг тихо простонал:
– Ярослава, не делай так…
Вздрогнула, оторвалась от его шеи и посмотрела в потемневшие глаза мага. Огонь от камина бросал отсветы на лицо Инара, и в свете пламени маг казался нереально красивым…А еще я отчетливо понимала, что если не поцелую его сейчас, то, скорее всего, больше никогда… Потому что уже утром Инара может просто не быть. И это, возможно, мой последний шанс быть с ним рядом.
