Мы стоим на светофоре, и я любуюсь маленькой ямочкой в уголке рта улыбающегося Джоша.
– Ты даже не представляешь, как мне жаль, что ты видел верх моей пижамы. Мама подарила ее мне на Рождество несколько лет назад.
– Не стыдись этого. На тебе она смотрелась превосходно.
Я смеюсь, и мне становится немного легче. Город растекается пригородами, солнце начинает садиться, а мы катим по шоссе среди зелени. Я никогда не уезжала так далеко от города. Мне надо начать жить своей жизнью, а не ходить все время, как маленькая горная овечка, по проторенной дорожке, ведущей к «Б и Г» и обратно в мою квартиру.
– Значит, ты говоришь, я еду для моральной поддержки. Ты не объяснишь мне почему? У меня такое чувство, что мне нужно получить какое-то предупреждение и готовиться быть во всеоружии.
– У меня есть… – начинает Джош и вздыхает.
– Девушка? – осмеливаюсь предположить я. – О ком речь?
– По большей части дело во мне самом. Я совершил несколько ошибок и не приложил особых стараний, когда было нужно. Теперь мне бросят в лицо эти обвинения. Наверное, будет не очень приятно.
– Медицина. – Не задумываясь, я свожу объяснение к одному слову. – Прости. Это было нечутко с моей стороны.
– Ты разговариваешь с королем бесчувственности, помнишь? – Джош дергает плечами от желания сменить тему. Мне становится жаль его.
– Надо мне приехать сюда как-нибудь в выходные и исследовать местность. Может, куплю что-нибудь для украшения квартиры. – Я кошусь на Джоша.
– Ну, я уверен, твой новый приятель Дэнни с удовольствием отвезет тебя.
Я складываю на груди руки, и мы не разговариваем двадцать три минуты, судя по абсолютно точным часам на цифровом дисплее Джоша.
Первой нарушаю молчание я:
– Прежде чем закончится этот уик-энд, я размозжу тебе голову. Я собираюсь выяснить, что творится в твоих злокозненных мозгах.
– Это мило.
– Я серьезно, Джош. Ты сводишь меня с ума. – Я наклоняюсь вперед, кладу локти на колени и тру лицо.
– Мои злокозненные мозги подумывают о том, где бы нам поужинать в ближайшее время.
– А мои – о том, как тебя задушить.
– Еще я думаю, если мы прыгнем с моста, мне не придется идти на эту свадьбу. – Джош смотрит на меня, – возможно, его слова шутливы лишь отчасти.
– Прекрасно! Следи за дорогой – или твое желание исполнится.
Когда мы переезжаем мост, я с подозрением наблюдаю за своим шофером.
– На самом деле я думаю о том… сколько топлива поглощает моя машина.
– Спасибо, что переводишь эти ценные наблюдения в мотивы для поступков.
Джош глядит на меня, будто на что-то решается:
– Нет, я думаю о том, как целовал тебя на своем диване. Я думаю об этом слишком часто. Это меня тревожит. И еще я не перестаю размышлять, как странно будет проводить дни, не сидя напротив тебя.
В правде важно то, что к ней привыкаешь.
– Что еще у тебя в голове?
Джош улыбается моей настойчивости:
– Никто никогда не пытался сделать этого со мной прежде.
– Чего? Раскроить тебе череп? Я бы применила молоток, если бы возникла нужда.
– Не пытался узнать меня. И я не предполагал, что этим человеком станешь ты.
– Ты хочешь, чтобы я прекратила?
Его ответ удается расслышать с трудом, настолько он тих.
– Нет.
Я отворачиваю голову, притворяясь, будто рассматриваю вид за окном. Мы паркуемся на стоянке для грузовиков с придорожным кафе, и Джош прикасается к моей руке. От его следующей фразы в сердце загорается глупая надежда, хотя я понимаю, что он шутит.
– Пошли. Настал момент для романтического ужина.
У меня первое, хотя и ненастоящее, свидание с я Джошуа Темплманом. Как назло, все уютные ниши со столиками оказываются заняты, поэтому мы сидим бок о бок у стойки бара. Когда я забираюсь на высокий табурет, Джош меня подсаживает, и теперь мои ноги болтаются в воздухе, как у пятилетки. Мы делаем заказ, и я тут же забываю, что мне подадут. Джош подпирает ладонью подбородок, и мы, чтобы скоротать время, играем в гляделки.
Мой взгляд скользит по его фигуре. Я могла бы пережить эти выходные, если бы руки у Джоша были не такие красивые. И его кожа не пахла бы так изумительно. Свет от люминесцентных ламп делает все лица желтоватыми, включая мое, но этот парень почему-то светится жизненной энергией. Я вижу едва заметные пятнышки веснушек на его переносице. Наверное, в течение большей части рабочего времени, проведенного совместно, я носила очки ненависти, потому что, сказать по правде, никогда еще не видела мужчину, настолько привлекательного внешне.
Все в нем доставляет удовольствие. Он буквально напитан достоинством, роскошью, все в нем совершенно. Каждая часть тела сконструирована безупречно и содержится в идеальном порядке. Не могу поверить, что столько времени потратила впустую, не восхищаясь им.
– Ты как великолепный скакун. – Я вздыхаю, слегка смешавшись. Надо было попытаться хоть немного поспать прошлой ночью.
Джош моргает:
– Спасибо. У тебя сахар в крови понизился до предела. Ты вся белая.
