Увязываться за мной наставница не стала, и, на мое счастье, нашла другие свободные уши. А я вышла из дома и направилась подальше от курящих, к уже знакомому малиннику, где меня и нашла Аня спустя минут пятнадцать.
Прощание с коллегами не затянулось — всем уже было не до нас. Я крикнула «пока», безадресно помахала рукой, бросила последний взгляд на Дениса, который курил, подпирая собой угол дома, и, увлекаемая Аней, вышла за ворота. Он не заметил. Даже головы не повернул. Наверное, интерес с его стороны мне почудился.
Воздух посвежел, и за оградой, за пределами жилища и разгоряченной компании, я сразу озябла. Зато быстро выветрились остатки хмеля, и по лестнице я спускалась уже вполне уверенно. Аня шла рядом, и наши руки слегка соприкасались при каждом шаге.
— Ну как тебе? — Аня нарушила установившуюся тишину, — раньше мы часто коллективом куда-то выезжали, надеюсь, Денис Владимирович возобновит традицию. По-моему, такие мероприятия очень скрепляют коллектив.
— Все хорошо. И довольно весело. Я, правда, не люблю выступать на публике, можно в следующий раз взять самоотвод? Ай! — зазевавшись, я наступила мимо ступеньки и, потеряв равновесие, подвернула лодыжку, — Черт! Как больно!
— Сильно повредила? Идти можешь?
— Вроде да, — я пошевелила пострадавшей ногой и поморщилась, — вот поэтому я и не ношу каблуки.
— Обопрись на меня, спустимся к машине и посмотрим, — Аня закинула мою руку себе на плечо и обхватила за талию, — и под ноги смотри, а то вместе покатимся.
Я с облегчением приняла предложенную помощь, и через пару минут мы уже добрались до машины. Аня водила Ниссан Марч — маленький, пучеглазый, зеленый, он вызывал у меня ассоциации с каким-то мультяшным персонажем. С грустным и задумчивым покемоном. Или лягушонком.
Она бережно усадила меня на переднее сиденье и наклонилась осмотреть лодыжку. Легонько коснулась прохладными пальцами моей кожи, провела вверх-вниз. Стоп! Она меня гладит? Я невольно вздрогнула.
— Больно? — Аня подняла на меня обеспокоенный взгляд, — отека вроде нет и кожа не горячая, но, может, в травмпункт тебя отвезти?
— Нет-нет, все в порядке, наверное, немного растянула, само пройдет. Спасибо.
— Девчонки! Стойте! — сверху, со стороны участка, раздался голос и вскоре показалась запыхавшаяся Сашка, — Аня, меня можешь тоже подвезти? Такси все не едет, а мой уже достал звонками.
— Да, конечно. Садись, — Аня оставила в покое мою ногу и, обойдя машину, уселась со своей стороны, — только слева заходи, с этой стороны у меня детское кресло.
— Уф, я боялась, что вы уехали уже, — Саша, отдуваясь, забралась на заднее сиденье, — у тебя ж, вроде, нет детей, кого возишь? — она кивнула на закрепленное позади водительского места детское автокресло.
— Сестру с племянником в прошлые выходные в деревню возила. Все забываю снять, — Аня пристегнулась, скользнула взглядом по моему ремню безопасности и укоризненно уставилась на Сашку, — пристегнись.
— Ну начина-а-ается, — Саша демонстративно закатила глаза, — ты зануда, Анька, знаешь? — но все же потянулась за ремнем и, наконец, пристегнулась, — теперь можем ехать?
Аня только вздохнула и мы, наконец, неспешно покатились по темнеющим улочкам кооператива.
— Кста-а-ати, — Сашка снова подала голос с заднего сиденья, — я узнала кое-что личное про директора. У него есть ребенок!
Если Саша собиралась этой новостью нас шокировать, то наполовину просчиталась — шокировалась только я, Аня продолжала вести автомобиль с невозмутимым видом.
— Ну и что? — Аня снова вздохнула, будто показывая, как ей надоели сплетни про личную жизнь начальника, — Почему бы человеку в тридцать четыре года не быть отцом?
— А то, что он это скрывает! В кадрах никакой информации о детях нет.
— Ты уже, я смотрю, целое расследование провела?
— Ну любопытно же, а ты ничего не рассказываешь про своего шефа, — Сашка старательно игнорировала укоризненные взгляды, бросаемые на нее через зеркало заднего вида, — Диана же его документы оформляла, она мне еще в первый день сказала, что разведен, детей нет, а тут такое всплывает.
— А откуда ты тогда узнала? Про ребенка… — я не выдержала, любопытство взяло верх над нежеланием сплетничать.
— Ему женщина позвонила, сказала: «Это и твой сын тоже. Ты должен приехать», а он ответил, что обязательно будет.
— А ты, значит, подслушивала?
— Так вышло, — Саша с невозмутимым видом пожала плечами, — просто рядом оказалась. Случайно!
Сашка обладала удивительной способностью вещать, не останавливаясь, как радио. Новости, сплетни, погода — лишь бы нашлись свободные уши. Но меня ее болтовня больше не интересовала, я ушла в свои мысли и воспринимала ее речь, как белый шум.
Ребенок. Так странно. Я никогда не воспринимала директора, как семьянина. Он для меня начинался с того столкновения в дверях туалета, и о багаже, который Денис привез с собой, я даже не задумывалась. До сих пор. Он отец. Почему тогда уехал так далеко от своего ребенка? Еще и так надолго.
