После взлета, он внезапно заерзал, доставая что-то из кармана пиджака.
— Почти забыл, — сказал он. — Причина, по которой мы сюда приехали.
Испытывая любопытство, я выпрямилась. Я и правда забыла, что он говорил мне в ресторане перед нашим отъездом, пока не заметила в его руке маленькую черную коробочку.
— Оу, — произнесла я, затем добавила тише, —
— Оно недорогое, — произнес он. — Подумал, что ты не захочешь что-то вычурное.
Я медленно открыла коробочку, чувствуя, как горло сжимается. Кольцо было изящным и красивым, с несколькими бриллиантами и золотым дизайном вокруг них. Именно такое кольцо я бы выбрала для себя.
Ради Бога, не реагируй слишком эмоционально.
Но дело было не в кольце, точнее, не совсем в нем. Кольцо стало последней каплей в эмоциональных американских горках этих выходных. Я волновалась об этом забавном мужчине и не хотела, чтобы он умер молодым. И я честно, действительно не хотела продолжать притворяться, что люблю его, когда это так близко к истине.
— Прости, если оно... — он сделал жест, значение которого я не поняла. — Не знаю. Мне казалось, оно тебе понравится.
— Мне нравится, — сказала я мягко. — Мне, эм, мне надеть его?
— В идеале — да, прежде, чем мы приземлимся, — видя, что я все еще словно замороженная, он забрал коробочку из моей руки. — Позволь.
Да, это казалось более правильным. Я хотела еще немного по-притворяться.
Когда холодный металл коснулся моей кожи, я почувствовала дикое желание поцеловать его.
Что я и сделала.
Сначала он удивился, но быстро расслабился. Я отстранилась, и он слегка приподнял брови, когда я вылезла из кресла и встала перед ним. Наклонившись и используя его галстук в качестве некоего рычага, я соскользнула перед ним на колени, наслаждаясь видом того, как он медленно осознавал, чего я хотела.
Он не сводил с меня глаз, расслабляясь в кресле. В одной руке он все еще держал напиток, хотя рука уже свисала с подлокотника. Его дыхание участилось.
— Можно мне, Господин? — спросила я дразняще, держа руки на его бедрах.
Он кивнул, прерывисто дыша.
Не думала, что когда-либо устану от вкуса его кожи и от того, как он вздыхал и двигал бедрами, когда я делала все правильно. В этот раз он был со мной более агрессивен, держа за волосы и контролируя скорость, насаживая меня глубже, чем я думала, что могу, испытывая мои возможности. Он смотрел на меня в ожидании малейшего знака, что я не в состоянии продолжать, что ему стоит притормозить. Но я задержала дыхание и позволила ему взять меня. Это было опьяняюще. Все мое тело расслабилось, сияя от готовности.
Когда он кончил, я услышала, как упал стакан и откатился, оставив за собой лужу из джина и тоника.
— Хорошая девочка, — он все еще тяжело дышал, отпуская меня. Все мое тело пульсировало от возбуждения и крошечной доли растерянности, потому что я уверена, что мне не должно было понравиться то, что он только что сделал. Он загадочно улыбнулся, взял меня за руку, поднял на ноги, а затем притянул к себе на колени. Я запищала, потом вздохнула, ощутив его руку у себя на бедре под юбкой. — Видишь ли, я не всегда безупречный джентльмен. Но таким я тебе нравлюсь больше, не так ли?
Его пальцы обнаружили ответ на этот вопрос и, спустя короткое время, они заставили меня задыхаться и стонать его имя.
— Ты такая красивая, когда кончаешь, — прошептал он. — И теперь все знают, что ты моя.
Я почувствовала ком в горле из-за своих мыслей, из-за того, что хотела сказать, и попыталась восстановить дыхание.
* * *
— Насладись поездкой, — я обвила шею Бена руками, крепко обнимая, несмотря на то, что никто все равно не смотрел.
— Еще как, — ответил он с иронией. — Ненавижу эти переговоры. Хорошо хоть, ты ждешь меня дома.
Хотя мы и не съехались, я согласилась остаться у него и посмотреть за котами, а также собирать почту. Мы с Гарри быстро подружились, и даже более боязливые стали выбираться в комнату, где сидела я, но только, если я долгое время оставалась неподвижной.
Я проводила его до машины, поцеловав на прощание, и почувствовала родившуюся в сердце сильную тоску.
Вернувшись в дом, я написала:
И оставила сообщение в черновиках, пока через час не удалила его.
Он дал мне указание посмотреть фильм "Секретарша", так что я приготовила себе замороженный ужин и устроилась поудобнее. Гарри с любопытством наблюдал за мной, не понимая, почему я была там одна.
— Прости, дружок, я — все, что ты получишь в ближайшие несколько дней, — сказала я.
Фильм завладел моим вниманием, и впоследствии я провела немало времени, размышляя о нем. В частности, об одной сцене, когда главная героиня шла домой только потому, что ей приказали сделать это. Она говорила о том, как чувствовала себя любимой, следуя его приказам. Это помогало ей почувствовать связь между ними.
Мне определенно были знакомы эти ощущения.
