– Нет, это… по-женски. – Вот дура, нашла кому втирать.
– А мне хоть по-женски, хоть по-мужски. Справки нет – встать в строй и приготовиться сдавать норматив. Если Петрович не в состоянии отказать тебе, рыба моя, то я не он. Критические дни – не болезнь, идут раз в месяц, а не каждые две недели, как у тебя, судя по журналу, рыба моя.
Влад прыснул от смеха, а Тимоха шепнул:
– Она мне начинает нравиться.
– Серебрякова?
– Гонишь? Я про физручку. Круто разнесла, все по факту.
– …Еще вопросы? Уловки, пожелания? Ну и чудненько. Подходим сюда. Мальчики держат скамью, девочки по очереди встают на нее и наклоняются, я фиксирую на линейке уровень гибкости и вношу данные в журнал. Все просто.
Мы с Тимохой сразу сели по краям скамьи. Надо было набрать очки перед богатыршей и вовремя продвинуть идею с баскетом.
Первой на казнь встала Серебрякова. Выглядела именно так. Такие страсти не для меня, и я отвернулся, сел поперек скамейки, гипнотизируя баскетбольное кольцо. Кардашьян фэмели, блин. Вышагивают по коридорам с Журавлевой и Власовой так, будто им за показ еще и приплачивать должны. Ресницы в палец, губы пчелы покусали, ну что за треш. Симпотные вроде девахи, но под слоем штукатурки не поймешь.
– Слабовато, Серебрякова. – Физручка явно не разделяла их стандарты. – Девочкам важно тренировать гибкость.
– Девочкам важно следить за собой. – Эту деву я тоже узнал бы из тысячи, как парни из «Корней» в плейлисте маман: «По словам, по глазам, по голосу», – в моем случае, к сожалению, Журавлеву.
– Конечно важно. – Богатырша встала с кортанов, у-у-у-у, приплыли, походу, красотки. – Только, рыба моя, если ты думаешь, что ухоженность равно здоровье, то сильно ошибаешься. Для женщины, даже очень ухоженной, гибкость и свобода тела поважнее других дисциплин будут, и уж тем более важнее декоративных ногтей. А теперь давай, вырази мне свое фи на скамейке… Так и знала, плохо у тебя с гибкостью, а маникюр сносный, согласна. Только норматива у меня такого нет.
– Что вы себе позволяете? – возмутилась Журавлева. Продолжая стоять на скамейке, она положила руку мне на плечо, я как будто удар пропустил. – Никита, помоги спуститься, дай руку.
– Вот еще. – Совсем охренела. Я что, территория, которую решили обозначить? Ну уж нет. – Сама спустишься.
– Отставить разговорчики. – Физручка бодро переключилась на следующих: – Ну, рыбы мои, хоть вы порадуйте. Последние остались. Давай, Диана, на позицию. Хрусталева, приготовься.
А вот это уже заинтересовало. Серова двумя ногами ловко запрыгнула на скамейку, кто-то из пацанов по традиции засвистел – всегда так делали, когда девчонки исполняли что-то на физре. В натуре пацанка. Развернулась, нагнулась и, коснувшись пола, спрыгнула двумя ногами.
– Йоу, это явно зачет, леди Ди. – Я похлопал по колену и посмотрел на богатыршу. – Я прав?
– Однозначно. – Она изобразила подобие улыбки, записывая результат в журнал. – Наконец-то. Первая пятерка. Молодец, Диана. Не зря тебя мать на гимнастику отдавала, а вот ты зря бросила.
– Тамара Васильевна… – Не знаю, что Серовой не понравилось, но посмотрела она на богатыршу уничи-жительно.
– Так, кто там у нас остался? – Та даже бровью не повела. – Следующая на позицию Хрусталева.
Новенькая встала на скамейку, развернулась и нагнулась, положив обе ладони на пол. Ее красивая грива, собранная в хвост, легла на пол рядом, я едва сдержался, чтобы не подложить под волосы руку. Жалко. А еще я ошалел от ее гибкости.
– Фига себе! Кати, крутышка. – Серова озвучила и мои мысли.
– Ого! Ты лучшая, Кати. – Здрасьте, приехали, Долгопупс пустил свои слюни. Придурок.
– Так, так, та-а-ак, рыба моя. Ты пока постой. – Богатырша громко позвала сдавших норматив. – Посмотрите, полудохлики – вот как выглядит гибкость. Умница, Хрусталева. Как там тебя?
– Кати. – Краем глаза я видел, что лицо новенькой покраснело, но она сдержанно спросила: – Долго еще?
– Смотрела б и смотрела, но можешь разогнуться.
– Я бы тоже еще посмотрел, – не удержался и шепнул я чисто подбодрить. – А то до этого и смотреть было не на что.
– Так, рыбы мои! – Богатырша звонко хлопнула в ладоши. – Теперь прыжок через козла. Как говорится, еще пять минут позора для некоторых и можно выдохнуть. Дальше играем в мяч. Волейбол, баскетбол или пионербол на выбор.
– Годится.
– Точняк.
– Не-е-ет!
– Только два условия. – Физручка свистнула и махнула в зону гимнастических снарядов, все двинулись за ней. – Во-первых, нас многовато, поэтому играть будут только те, кто сдаст прыжок. Во-вторых, игру выберет лучший прыгун.
– Вы это серьезно? – Серебрякова. Ну кто просил? Молчала бы уже.
– Вполне.
– Но это нечестно. – Журавлева тоже в стороне не осталась, а ей-то зачем это все, красоте неземной? – Я, например, люблю играть в пионербол, а баскетбол терпеть не могу. Это же самая антиженственная игра.
– Ну вот с тебя прыжки и начнем. Иди и возьми выбор в свои руки. Точнее, ноги. – Физручка типа пошутила.
– Я гуглила, что прыжок через козла сейчас не входит в обязательные нормативы.
