— Обещаю.
— Хорошо. Ты пообещал! Я знаю, какой ты на самом деле. Теперь знаю.
— Какой?
— Ты хороший. Ты хороший для меня!
Ласково провожу по его плечам, вот только я не вижу в глазах Армана какой-то победной радости. Он это делает скорее на автомате. Готовит меня к отъезду. А дальше забудет.
Я всего лишь его месть. Простая рабыня, которую он будет использовать как ключ. А дальше, наверное, меня убьют где-то в потасовках или тот шейх свернет мне шею за первое же непослушание.
— Не плачь. Не надо, Еся. Успокойся.
— Меня Рокс будет везти?
— К границе — да. Дальше тебя передадут специальному перевозчику.
— А моя девственность? Это же заметят на аукционе.
— Нет, все восстановят. Не переживай. Ты будешь спать и даже этого не ощутишь. Тебя примет моя знакомая врач, она все сделает.
— Мне будет больно?
— Нет.
— Что я почувствую?
— Ничего. Ты просто уснешь. Когда проснешься, уже все будет готово и ты будешь уже далеко за границей. Тебя будут выводить в туалет, давать воду и таблетки. Дальше будет аукцион. Скорее всего, они заставят снять с тебя всю одежду. Перед тем как ты попадешь в зал, тебя подготовят: вымоют и натрут маслами, уложат тебе волосы. Веди себя спокойно и уверенно. Не бойся тех мужчин и женщин, которые будут смотреть на тебя, и не плачь! Не вздумай кричать и противиться. Да? Рабыня как себя ведет?
— Она служит хозяину.
— Да. Правильно.
— Только ты мой хозяин, Арман. Я не хочу других! Я другому не покорюсь!
— Покоришься. Так же, как и мне.
— Я увижу тебя еще раз?
— Скорее всего, нет. Я буду лететь самолетом.
Его ответ меня просто ошеломляет, и я начинаю плакать сильнее.
— Как это? Как… я думала, думала, ты будешь меня везти, ты будешь рядом все время! Я не хочу одна, я не пойду, я не буду…
Задыхаюсь от слез, начинаю быстро дышать и чувствую, как бешено колотится сердце. Это и есть страх. Безумный, дикий, парализующий. Все, что могу, — схватиться за руку Армана, зацепиться за нее, как за последнюю соломинку.
— Еся, тише. Иди сюда.
— Арман, мне страшно! Я боюсь!
Вижу, как он свел брови, как заиграли желваки на его прекрасном скульптурном лице.
— Вот для этого мы и делаем укол. Страшно не будет. Ты просто уснешь. Еся, тише. Не шевелись.
— Нет, подожди! Подожди, пожалуйста! Еще минуту. Еще минуту, хозяин.
Встречаюсь с его пронзительными черными глазами. Он смотрит прямо на меня, говорит специально спокойно, вот только даже это уже не помогает. Я усмехаюсь и сквозь слезы признаюсь:
— Я люблю тебя, Арман! Всех твоих демонов тоже люблю! Мне все равно на твое прошлое. Я люблю тебя. Люблю.
Не выдерживаю и целую его ладонь, знак признательности и больше. Снова и снова, а Арман головой качает, вытирает мои слезы.
— Это не любовь, Еся. Я просто тебя сломал.
Арман поднимется и отходит к окну, а я следом подрываюсь, подхожу и обнимаю его, утыкаюсь носом ему в грудь.
— Нет… Я люблю тебя, Арман! Все равно люблю. Я думала, что смогу влюбить тебя в себя, чтобы спастись, но я ошиблась. Я сама в тебя влюбилась! Я хочу быть рядом. Не отдавай меня! У нас ведь может быть будущее! Не отдавай, Арман, пожалуйста! Ты мой хозяин. Ты мой хозяин!
— Тише. Не надо. Все. Спокойно.
Прижимаюсь к нему, а Арман обнимает меня, целует в висок, прижимает к себе. Меня начинает бить крупная дрожь, и я чувствую себя маленьким листиком, который раскачивается от сильного ветра. Еще чуть-чуть — и сломается, еще немного — и распадется на куски.
Вдыхаю любимый запах ментола. Я ведь и правда люблю Армана. Я люблю его так, как никогда никого в жизни не любила и.
Чувствую, как Арман крепче прижал меня к себе, а после в руке что-то жжёт. Он делает мне укол, и я всхлипываю, сильнее прижимаюсь к своему Монстру.
— Хозяин!
— Чш… не бойся. Все хорошо, малышка.
Арман гладит меня по голове, целует в висок и прижимает к себе. Я тоже обнимаю его — так сильно, словно этот момент переломный, хотя так оно и есть. Я знаю, что, возможно, больше никогда его не увижу, и мне так больно от этого, что я хочу впитать в себя каждый миг, каждую секунду со своим Монстром.
В доме тишина, и слышно только гулкое биение наших сердец. Небо затягивается черными тучами, и нет больше солнца. Даже его лучей.
Препарат действует довольно быстро, и я так хочу ему сопротивляться, но мой организм слишком слаб для этого. Я всегда была слишком слаба для Монстра.
Я до последнего смотрю в глаза Арману. Коротко улыбаюсь ему, чувствую, как слезы дорожками стекают к вискам.
— Я сильная, да?
— Да, Еся. Ты очень сильная.
— Арман, соври, что я выживу. Один раз, любимый.
— Ты выживешь. Еся, не дрожи так. Все хорошо. Все будет хорошо.
Я улыбаюсь: какая приятная, но все же ложь. Хотя бы так, мне надо во что-то верить, хоть мы оба и знаем, что это неправда.
Перед глазами все расплывается, во рту становится сухо, и подкашиваются ноги. Мне хочется спать, в голове что-то гудит, и я никак не могу собраться. Тотальное расслабление, а еще боль. Где-то в груди. Потому что люблю, а нельзя. Ни мне, ни моему Монстру тоже.
