Сказать, что мне это всё неинтересно? Развернуться и уйти?
— Ты узнаешь, почему Дрейк не приехал за Даной и что стоит за предсказанием о ненужной любви королевских родов Иоасов и Берфу, — тихо пояснил Люций.
— Хорошо, — я шепнула одному из голубей, чтобы он передал Томиасу, куда, с кем и для чего пошла. Оглядела поляну, притаившуюся «лесную охрану», кивнула и двинулась за фавном.
***
В руке Люция точно что-то было, когда он прикоснулся к стволу ничем не примечательного кривого дуба. Но разглядеть, что там в его ладони, не успела, лишь ахнула, когда небольшая расщелина в дереве вдруг выросла до размера лаза. Туда-то и занырнул фавн. У меня сделать это вслед за ним получилось проворнее, все-таки я отличалась более стройным телосложением.
Сначала в глаза ударила темнота, и я решила, что точно попала в ловушку. Но потом поняла, что оказалась в пространстве, напоминающем зал… Появившееся легкое свечение из середины помещения дало разглядеть шершавые стены вокруг. Они из коры! Люций стоял рядом, прикрыв ресницы.
— Мы что, правда внутри дуба?! — моё восклицание отозвалось эхом.
— Тише, не задавай лишних вопросов. Но, по сути, ты права. Однако сейчас ты должна думать о другом. О прошлом, иначе древо начнет просто показывать подряд все известные ему миры, но мы ведь не для желтых сплетен тут?
Он прав, единственное, что меня интересовало, — чтo за злой рок нависает столетиями надо мной и Дрейком.
Прикрыла глаза и вопросила. Не знаю, правильно ли я делала, Люций не сказал, к кому обращаться… Мои сомнения разрушил аромат арморисов и теплое прикосновение ветера. Я распахнула ресницы.
Мы стояли возле замка Иоасов! Но что-то изменилось, деревья в саду меньше, обстановка какая-то иная… Там, вдалеке, где было главное древо, телепорт с дуплом… стояла моя копия. Нет, волосы не такие рыжие, скорее, ближе к русому, а в остальном — я.
Дрейк в старинном (еще более, чем обычно) наряде поцеловал мою прапрабабушку (а это была именно она), его губы что-то шепнули ей, и Даная Первая… исчезла.
— Ушла сквозь портал. Это же дерево с дуплом, единственное, что отразится с северной стороны. Священный дуб как бы и тут, и там, — пояснил Люций.
Но черт с ним, с древом; все, что реинкарнация Дрейка проговорила Данике, я уже знала. Теперь хотела понять, что осталось за кадром.
Принц со свирепым лицом сжал кулаки и двинулся к замку. Он прошел прямо сквозь нас, словно сквозь духов. При соприкосновении с Дрейком Первым я ничего не почувствовала!
Люций никак это не прокомментировал, поэтому мы просто последовали за принцем.
Преодолели столь знакомую залу, поднялись по лестнице. О, даже покои Дрейка были те же! С содроганием узнала спальную комнату и… эльфийку, что стояла посередине. Как же она похожа на Белинду! Только наряд пороскошней и волосы уложены уж больно затейливо. Может, Бела — прабабушка моей злопыхательницы?
— Что ты здесь делаешь, ушастое отродье, проваливай! — грубо гаркнул Дрейк.
— А ну, смени тон, мальчишка, — холодно сдвинула изящные брови дева. — Это не я убила твоего деда, я лишь рассказала правду, на нее не злятся. Ты должен возрадоваться, что старый дракон найден, воздать ему почести…
— Все в нашем роду знают, что мой дед потерял разум! Хоть отец так этого и не признал. Старик Иоас бесновался и летал, аки бездумная гарпия. Не погиб бы от стрелы, так расшибся б об скалы. Ничего нельзя было сделать! Когда на миг ясность ума возвращалась, он желал умереть. И ты знала это, Бела, я по глупости выдал тебе сию тайну. А может… это ты настроила полетать его в той части леса? Ведь нет-нет общалась с ним!
Дрейк схватил Белу за локоть.
— Ты сам безумен, отпусти! — прошипела эльфийка принцу в лицо, и он обессиленно отпрянул. Присел на край кровати, закрыв глаза.
— Хорошо, то была случайность. Напишу об этом в своем дневнике… Ну, не печалься. Теперь-то мы будем вместе, — ее голос смягчился. Бела хотела погладить принца по голове, но Дрейк остановил это движение злой усмешкой.
— Избавилась от Данаи и спешишь под венец со мной? Никогда не будет того! Слышишь, то была моя истинная! Она, а не ты. Ты нечто…
Глаза Белы сверкнули зеленым огнем.
— Вот значит как. Выходит, и правда, невзрачная северянка тебе люба, а не я. Так знай, весь твой род поплатится за эти слова! Я прокляну его…
— Не сумеешь, нет яда, что подвластен над драконами. И словесный яд тоже негож. Не навести черноты тебе ни на меня, ни на братьев.
Бела одарила Дрейка взглядом, полным лютой ненависти, а затем хищно ухмыльнулась:
— Так-то оно так. Но кто об этом знает? Твой покойный дед да ты. Про порчу, не про яды. И, кстати, есть один дурман, что действует на всех без исключения. Пыльца феи, что продала душу в Тартар.
— Где ты возьмешь фею? Их нет уж с полвека. Да еще и ту, что готова столетиями жить на земле, пока не погибнет от худой руки и не явится дурной душой в Тартар… Страшная смерть, — махнул ладонью Дрейк. — Тебе лишь бы языком молоть, аки старухе дворовой.
Эльфийка гордо задрала носик:
