Еще недавно он был просто Каем Рейесом – надежным, словно скала, привычным, как дыхание, неизменной частью моего мира. Я никогда не задумывалась, что он может стать для меня кем-то большим.Но в один миг, словно молния, меня поразило чувство, которое невозможно игнорировать. Я окончательно и бесповоротно влюбилась. В него. В этого сильного, решительного, неотразимого до мурашек мужчину. Как же я могла не замечать, каким удивительным он был все это время?Теперь я готова на все, чтобы покорить его сердце, даже если это будет непросто. Но разве могла я тогда предположить, что этот неотразимый мужчина безмолвно любит меня уже несколько лет и давно стал моим?
– Аврора, берегись! – крикнул Ричард, мой брат-близнец, едва я завернула за угол и оказалась в коридоре, где летали куски металла и непонятные конструкции.
Щит я поставила мгновенно, в руках вспыхнула шаровая молния, готовая отразить нападение любого врага, и я замерла, рассматривая хаос вокруг.
– Дочь, цела? – поинтересовался отец, выглядывая из-за груды металла, которую спокойно удерживал одной рукой, будто пушинку.
Темные волосы у него были растрепаны, глаза сверкали ярче всех звезд, а неубиваемый, специально разработанный для одаренных с третьим уровнем, постоянно выполняющих непростые задания, космический комбинезон местами был порван.
– Цела, – фыркнула я, гася искрящийся шар, но даже не подумав убрать щит.
Все ясно! Мой отец и брат, унаследовавший от него такие же способности, пока наш корабль висит в условленной точке, ожидая семью Рейес, желающую присоединиться к нам для совместного отдыха, развлекаются, словно мальчишки, перестраивая и улучшая «Странствующую медузу».
В этот момент, глядя на них, увлеченных и забывших обо всем, ни за что не поверишь, что перед тобой легендарный капитан Рик, гроза пиратов дальнего космоса, и его ответственный и серьезный сын Ричард, правая рука дяди Маркуса, владельца «Звездного ветра».
Отец и брат, не сговариваясь, вскинули руки, поднимая весь металл к потолку, давая мне возможность проскользнуть вперед.
– Ты даже не спросишь, почему мы развлекаемся в коридоре? – поинтересовался брат, едва я поравнялась с ним.
– Да тут все очевидно. Дядя Маркус, узнав, что наша семья летит в отпуск на Каллиастру, решил не упускать возможности и загрузить хотя бы один отсек товаром, – отмахнулась я. – А второй забит подарками для правителя Каллиастры – спасибо дяде Нарану и тете Эльзе.
– Все-то ты знаешь, – хмыкнул Ричард, бесшумно опуская за моей спиной металлические обломки.
– Будто в первый раз так летим! Проще вспомнить случаи, когда наша «Медуза» летала пустой. Кажется, такое было… Ах, нет, не было такого! – весело закончила я.
Отец хмыкнул и улыбнулся. Он, как никто, знал, что мне, да и всей нашей семье, нравится путешествовать и выполнять задания как «Звездного ветра», так и правительства Ариаты, если понадобится. Но подшучивать над ситуацией это мне не мешало.
– Как тренировка? – спросил папа, игнорируя мои слова. – Справляешься?
– Лучше не бывает! – заверила я.
Отец, как и мама, несмотря на работу и способности, всегда находили время для наших проблем. Мы же с братом никогда не скрывали, если требовалась помощь. Именно это доверие и забота делали нашу семью крепкой, как бы не сложились обстоятельства.
– Дар слушается? – уточнил спокойно, но за этой кажущейся безмятежностью явно скрывалась тревога.
– Да, папа, все в порядке, – заверила я. – Не волнуйся.
Он кивнул, но напряжение в воздухе ослабло лишь слегка.
Причина отцовской тревоги сейчас мне была понятна. Мой дар, унаследованный от мамы, оказался таким же мощным и ярким, но проснулся в раннем детстве – гораздо раньше, чем у нее. Для детей одаренных ариатов третьего уровня это норма.
Но вот развитие пошло не по плану. Скачок до третьего уровня у меня случился лишь в семнадцать лет, а не в подростковом возрасте, как это обычно бывает. И процесс становления дара шел непредсказуемо. У меня даже волосы поменяли цвет на белоснежный, хотя такое характерно в основном для стихийников. Становление же моих способностей завершилось лишь два месяца назад.
Думаю, когда мы улетали со станции, где обучались одаренные со сложным становлением дара, тренеры вздохнули с облегчением.
– Я, кстати, освоила сорок седьмую реальность, – подмигнула отцу.
Он улыбнулся, отпуская тревогу. Если я справилась с этим делом, где нужны постоянная концентрация и контроль силы, значит, все действительно в порядке.
– А вот маме в тренировочном зале нужна твоя помощь. Она уже второй час не может одолеть монстров из трехсот третьей реальности – ищет в их панцирях уязвимые места для своей молнии.
– Так… – сурово протянул отец, отшвыривая груду металла. – И моей помощи не просит! Загляну-ка я к ней.
Он исчез, оставив меня с Ричардом. Брат выразительно и молча поднял брови.
– Что? – невинно пожала плечами. – Мама четыре дня не решается сказать папе о грядущем пополнении в нашей семье. На тренировке он сам заметит сбои дара и сделает верные выводы.
– И переключится с наших «шалостей» на нее, – саркастично закончил Ричард.
– Какие еще шалости?
– Дай подумать… В прошлом году во время нашего отпуска кое-кто напугал подводных рыб так, что они сменили место обитания.
– Откуда я знала, что они настолько пугливые!
– А два года назад, отгоняя диких кошек от одного поселения, ты разбудила вулкан.
– Эй, это было случайное стечение обстоятельств! И эксперты подтвердили – вулкан уже готовился проснуться и без моей помощи.
