Его голос, низкий, чуть хрипловатый, пробирающий до дрожи, почти свел меня с ума. Я сглотнула и кивнула, не в силах вымолвить ни слова. Как я могу отказаться? Как вообще можно отказаться от этого завораживающего, напрочь лишающего воли, взгляда Кая, от касаний его сильных рук, от этого безумного чувства, что плещется во мне огненной лавой?
Мы двигались по площадке, а искр становилось чересчур. Сила забурлила под кожей, попросилась наружу… Я попыталась ее сдержать, и мне это почти удалось, но… Кай наклонился, обдавая дыханием, словно собрался что-то сказать, и часть моей энергии все же разлетелась по залу.
С громким щелчком в ресторане погас свет, и все погрузилось в темноту, а в следующее мгновение я совершила, пожалуй, самый безрассудный поступок за всю свою жизнь. Вместо того чтобы решать созданную моими способностями проблему, я притянула Кая к себе, обхватила рукой его затылок и поцеловала жадно и горячо. Иначе я просто не смогла.
В первое мгновение Кай застыл, а в следующее – перехватил инициативу, и его руки запутались в моих волосах, а губы ненормально нежно, словно я бесценное сокровище, что для него дороже всей Вселенной, обожгли мои. Темнота нам ни капли не помешала, она только сделала каждое прикосновение, каждый вздох острее и ярче.
Вдох. Послышалось наше тяжело сбившееся дыхание. Вспышка света.
Два моих шага назад. И встревоженные голоса родителей и брата, которые за считанное мгновение оказываются рядом.
Они-то и вернули меня в реальность, напомнили, что я натворила… Мама, конечно, со своим даром уже разобралась со случившимся, не допустила, чтобы кто-то пострадал, но я все равно виновата. Потеряла голову и ослабила контроль над силой! Это я-то, с малых лет привыкшая его держать! Удивительно, что при этом все родные и друзья не спрашивают о причинах произошедшего, а лишь волнуются за мое состояние!
Впрочем, убедившись, что я в порядке, и никто из-за небольшого всплеска силы не пострадал, тревога близких мне людей утихла.
– На тренировку прямо сейчас? – понимающе шепнул Ричард.
У меня лучший брат на свете! Правда! Только он и способен, даже считая происходящее со мной чистым безумием, поддержать!
И, пожалуй, и лучшие родители, и родные на свете, раз я не услышала от них ни то что бы ни единого заслуживающего упрека, но даже намека в духе «с тобой мы еще поговорим о случившемся». В их взглядах по-прежнему теплились лишь тревога и понимание.
– Аврора? – позвал Ричард, все еще дожидаясь моего ответа.
– Да, – кивнула я, чувствуя, как горит лицо, и зная, что неспособна сейчас ни быть среди родных, ни объясняться с Каем, почему бросилась к нему целоваться.
В мыслях по-прежнему полный хаос, руки подрагивают, тело пылает… И сила бунтует, требует отдачи…
– Волосы пригладь, – невозмутимо добавил Ричард.
И пока я смущенно и не глядя в сторону молчавшего с момента нашего танца Кая, приводила себя в порядок, брат сообщил всем, что мы отправляемся тренироваться.
Затем подхватил меня под руку, потянул за собой из зала ресторана. У выхода я с трудом удержалась от искушения оглянуться и взглянуть хоть еще один разок на Кая, и чтобы хоть как-то скрыть свое помешательство, снова поправила волосы.
– Думаешь, поможет? – не удержался Ричард. – Ты такой растрепанной даже после тренировки не выходишь.
Я прикусила губу, скользнула за братом в лифт и созналась:
– Ричард, я сделала глупость.
– А то я не догадался, – щелкая по панели, спокойно отреагировал брат. – Чересчур увлеклась, наверняка обняла Кая… Еще долго, кстати, продержалась! Целый день!
– Вот умеешь ты… приободрить! – фыркнула я.
Вздохнула, покосилась на брата.
– Все гораздо хуже. Я его поцеловала.
Ричард резко повернулся ко мне, но увидел выражение моего лица и только обреченно вздохнул.
– Кажется, Кай на поцелуй ответил, – добавила, не в силах удержаться и не поговорить с тем, кому доверяла больше всех на свете, о случившемся.
Ричард никогда не будет меня осуждать и всегда поможет.
– Кажется? – удивился он. – Такое сразу понятно, Аврора.
– Вот уж не знаю, кому там что понятно! Я раньше ни с кем не целовалась! И у тебя, кстати, опыта в таком деле, насколько я знаю, нет.
Брат промолчал, не отрицая очевидное.
– Ричард, что мне делать? Я же с ума так сойду! – не удержалась я.
– Для начала утихомирить свою бунтующую силу.
– А потом?
– Выспаться.
– Ричард!
– И решать все на трезвую голову.
– А…
– Готов поспорить, Кай тоже в шоке. Ни слова не произнес, пока мы беспокоились о тебе, только смотрел так, что даже мне не по себе стало. Сдается, самообладание невозмутимого Кая Рейеса, способного любую планету погрузить во тьму, дало трещину.
– Думаешь? – с надеждой спросила я.
Ричард вздохнул, покачал головой.
– Я, право слово, не узнаю свою решительную и смелую сестру, способную любого монстра угробить. Откуда в тебе столько неуверенности?
– Я просто очень сильно, даже еще не обретя этого мужчину, боюсь его потерять, – созналась тихо.
– Аврора, а ты не думала, что то же самое может чувствовать по отношению к тебе и Кай?
Я растерянно уставилась на посерьезневшего брата.
– И? – не поняла я, к чему Ричард клонит.
