Настроение Антона можно было описать одним словом - паршивое. С утра, еще до получения приказа на выход, как только стало ясно, что Григоренко все-таки настоял на реализации полученных из его источников сведений.
Несмотря на плохие предчувствия, профессионализм его бойцов снова оказался на высоте. Ночью, высадившись с вертолетов и скрытно пройдя через территорию, на которой 'духи'выставили наблюдателей, группа спецназа незамеченной подошла к месту засады - небольшому кишлаку в горах. Обогнув кишлак, часть группы ушла на горку, чтобы прикрыть отход основной группы и заняла позицию в заброшенном загоне для скота. Основная группа из 18 человек, заняла позиции по бокам дороги. План казался неплохим: бесшумно снять 'духовские' дозоры, огнем из всего оружия уничтожить основные силы душманов, а затем уйти под прикрытие группы сверху.
Идущих первыми в дозоре двоих 'духов' 'сняли' выстрелами из бесшумных автоматов. Тела духов затащили в канаву. Но когда расстреливали из АКМСБ следующую пару, один из 'духов' успел сорвать с плеча автомат и дать очередь... В считанные секунды ночь ощетинилась яркими вспышками выстрелов. Еще не зная точного расположения разведчиков, 'духи' били из оружия наугад, на звук только что прогремевшей очереди. Из-за дувалов кишлака выкатилась чёрная масса стреляющих 'духов', орущих: 'Аллах Акбар!'. Ответный огонь спецназовцев был страшен. В этой мясорубке невозможно было прицелиться. Спецназовцы просто водили автоматами по беснующемуся в двух десятках метрах людскому месиву. Прямо внутри этой толпы звонко рванули несколько гранат Ф-1, поднимая пыль и какие-то ошметки. Через несколько минут атака 'духов' захлебнулась. Оставшиеся в живых душманы, изредка постреливая, разбегались и прятались за дувалами и в домах духов. Но и спецназовцам пришлось спешно бежать к ближайшему домику, неся на плечах раненых и убитых. О том, чтобы удержать противника такой численности на прежнем месте засады не могло быть и речи.
'С домом им повезло. Забив двух духов, прятавшихся за дувалом, бойцы выбили дверь и заняли двор и дом, стоящий на небольшом пригорке, что позволяло контролировать огем все подступы к участку. Стены дома были леплены из кирпичей, обожженных в самодельной печи. Но, в отличие от нищих строений, крыша - не из тростника, а из ржавого железа, плоская. И этажей - два. Очень богатый человек жил. Во дворе колодец с самодельным воротом, часть двора застелена ковром - для людей, ковер во дворе символизирует особенное богатство дома. Во дворе стояла земляная печь, в которой видимо готовили пищу . Другая часть двора - для животных. Двери деревянные, но внутри дома дверей нет, вместо них - завесы из разукрашенной ткани, дверь только одна - между женской и мужской половиной. Полы земляные, но тоже застелены коврами до последнего сантиметра, что также свидетельствует о богатстве. Нормальные стекла, правда, без рам, в бедных домах и таких нет' - успел оценить подарок судьбы Рыбаков.
Где-то неподалеку громко треснул выстрел 'бура'. Пуля с громким треском впилась в в стенку над головой Антона, засыпав его глиняной крошкой и пылью, запорошив глаза. Пока он протирал глаза, по обнаружившему себя стрелку отработал пулемет сержанта Горячева. 'Дух' сразу заткнулся, убитый или просто решивший не искушать судьбу.
Антон, закончив чистить глаза, осмотрелся еще раз, словно надеясь обнаружить какие-то зримые изменения. И закономерно увидел тоже, что и до этого - внутренности дома, в котором засели спецназовцы и двор. Все по старому, лишь повсюду, на коврах, заборе, полу пятна и лужи. Кровь, в свете солнца почти черная, и трупы, оставшиеся после последней атаки.
