Неожиданно из сине-зеленой полумглы к висящим в воде пловцам устремились характерные темные силуэты. То же снаряжение, такие же повадки. Казалось, навстречу мчатся двойники аквалангистов, причем в двое увеличенном количестве. Блеснувшие в руках полоски металла и явно агрессивные намерения шестерки встречающих, казалось, должны были смутить пришельцев. Но не тут-то было. кроме рыбок, рванувших во все стороны от места предстоящей схватки, никто не испугался.
Первый из приплывших пловцов извернулся плавным движением. Неожиданно висящий сбоку непонятный предмет оказался в его руках. Черное, слегка похожее на автомат Калашникова, но необычным магазином, оружие задергалось в ритме которотких очередей. Вокруг ствола и в районе затвора тысячами пузырьков забурлила вода. Не ожидавшие ничего подобного атакующие резко останавливались, словно на наткнувшись на невидимую стенку. Подводный бой жестокий и происходящий практически в тишине, закончился неожиданно быстро. Расползающиеся бурые облачка, нелепое дерганье черных силуэтов, в конвульсиях уходивших на дно... и быстрые действия пришельцев. Пара, буксировавшая контейнер, резко ускорилась и, проскользнув к центральной трубе, поднялась куда-то выше и некоторое время занималась чем-то весьма трудоемким. Оставшийся один первый пловец продолжал осматривать окрестности, патрулируя по кругу с автоматом наизготовку. Наконец пара закончила свою работу и тройка пловцов, сделав прощальный круг, удалилась курсом на юг...
Еще через полтора часа на 'Тумане' убрали сигнал о неисправности машин. Судно начало набирать ход, когда над ним промчалась четверка самолетов с красно-бело-черными кругами на крыльях и такой же расцветки прямоугольным знаком на хвосте. Они прошли низко, словно стараясь задеть мачты пароходика, оглушив ревом двигателей собравшихся на палубе зевак, резко развернулись и ушли куда-то в сторону севера.
— Ничего себе, — выдохнул один из матросов. — Иранские, что ли? Не наши МиГи, точно.
— Не наши, — подтвердил второй. — Иракские, французского производства 'Миражи' Ф.1.
— И откуда ты все знаешь? — поразился первый.
— Так надо не только братьев Вайнеров и инструкции по обслуживанию машин читать, — усмехнулся его собеседник.
По приходу же в Умм-Каср моряки узнали, что война резко обострилась после нескольких налетов иракской авиации на нефтяные платформы Ирана и разрушения нескольких из них.
Закономерно, что цены на нефть при таких новостях начали повышаться...
Синее море, только море за кормой.
Вано Гургенидзе, старший официант ресторана 'Иверия' чувствовал себя не слишком уютно, несмотря на малочисленность гостей. Просто потому что знал, какие люди собрались сейчас в зале закрытого 'на спецобслуживание' ресторана. Нет, каких-либо скандалов или драк Вано не ждал. 'Воры в законе', конечно, не в ладах с уголовным кодексом, но при личной встрече силовые разборки устраивать не будут, как и хамить 'халдеям'. Но все равно, томило опытного официанта какое-то неявное предчувствие чего-то нехорошего. Он даже прошел на кухню и посмотрел на работу поваров, пока шеф-повар не рассердился и не отправил его в зал, заметив, что лишних людей ему здесь не надо.
Да, человек, знакомый с уголовной средой, был бы поражен, увидев, какие авторитеты криминального мира Союза собрались в закрытом зале этого ресторана: Вячеслав Иваньков — Япончик, Дед Хасан, Васька Бриллиант, Сво Раф, Алимжан Тохтахунов — Тайваньчик, Амиран и Отари Квантришвили, Анзор Кикалишвили... Хотя был апрель месяц — самое, пожалуй, прекрасное время в Тбилиси, красоты грузинской столицы нисколько не интересовали собравшихся здесь. Как, впрочем и вкус приготовленных со всей тщательностью блюд. Как понял Вано, они больше были заняты предстоящим разговором. Как раз тогда, когда старший официант заглянул в зал, слово взял вор в законе Джаба Иоселиани, по личной инициативе которого и была созвана сходка. (Вор в законе, доктор филологических наук, советник Эдуарда Шеварднадзе — такова краткая биография Джабы Иоселиани...)
— Друзья,— сказал Джаба,— мы должны признать, что настали новые времена. И политические деятели, и 'цеховики' любят говорить, что нет сильной политики без сильной экономики. Эту мысль подтверждает пример мощных государств Америки и Европы. Заметно это и у нас, в Советском Союзе. Хотим мы или не хотим, но должны принимать участие в политических процессах, которые явно идут не в ту сторону... А еще точнее — мы, независимо от нашей воли, уже участвуем в политических процессах. Хотя бы наш брат Отарик...
Кто-то из присутствующих, Вано не успел заметить, кто довольно громко высказался на тему 'взломщика мохнатых сейфов' (Отари Квантришвили сидел за изнасилование и строго 'по понятиям' не мог быть вором в законе). Но это высказывание сразу же утонуло в громких выкриках грузин.
— А ну, тихо! — бас Деда Хасана легко перекрыл шум в зале. — Базарь дальше, Джаба.
