Мне не хотелось смущаться, выходило невольно, любой человек засмущается, когда кто-то на него постоянно пристально смотрит. Это сильно напрягает.
— Иди за мной, — попросил он и, не дожидаясь ответа, направился к лестнице.
Я последовала за ним.
Всё в его поместье напоминало дом с привидениями из какого-нибудь ужастика: старая лестница, портреты на стене с людьми, кажущиеся живыми, глядящие чуть ли не в душу. Я бы и хотела рассмотреть их, просто не получалось из-за нарастающей внутри тревоги.
— Оу, — медиум вдруг остановился, на протяжении минуты рассматривал портрет какого-то мужчины, а потом шокировал: — Эдлай Сайг. Именно он в своё время заключил Дамиана Ллира в фамильярные цепи.
Я жадно приковала взгляд к портрету. Красивый мужчина с аристократичными чертами лица, фарфоровой гладкой кожей, глазами цвета аквамарина, смотрящие на мир сквозь надменный прищур, и эта. гадкая ухмылочка, прям как у Невады, от которой кровь стынет в жилах.
— Говорят медиумов было несколько, — заметила я, переводя сосредоточенный взгляд на Неваду.
Мужчина сложил руки на груди и продолжил:
— Обряд исполнял один. Эдлай Сайг. Мой предок. Другие лишь подпитывали его силы. По плечам и спине пополз ледяной змей — это ненависть пробирала до костей.
— Я хочу знать больше об обряде фамильярных цепей, — заявила уверенно я.
Медиум тихонько посмеялся, прошелся по мне глазами вверх-вниз и, облизнувшись, удивленно спросил:
— И чем тебя смог покорить Дамиан?!
Я ему не ответила. Кажется, вопрос вообще был риторическим, потому что Невада и не потребовал ответа, а просто позвал дальше:
— Идём.
Мы поднялись в кабинет. Помимо громоздкого стола с документами, стулом и шкафами с книгами в кожаных переплётах, ещё здесь стояли столы и шкафы со всякими магическими причудами: зелья, травы, кулоны, обереги, даже карты чем-то похожие на «наши» Таро. Невада прошел к рабочему месту, а я застыла у одного из столиков, где в большом стеклянном графине сияла фиолетовая жидкость.
— Можно попробовать, — информировал медиум, когда заметил моё любопытство.
Я тотчас отпрянула, качая отрицательно головой.
— Нет, спасибо.
Пока Невада копошился в столе, я медленно подошла к ему. Вздохнула и осторожно поинтересовалась:
— Дамиан в прошлом и правда быль столь ужасен?!
Медиум улыбнулся, обошел меня, подходя к травам, параллельно спрашивая:
— Не боишься разочароваться в любимом?! — В голосе слышались насмешка и ирония.
— Просто ответь...
— Говорят, он был ещё тем тираном и деспотом, держащий в страхе не только Шерджехен, но и остальные королевства Сонэя. Ещё бы! — Мечтательно улыбнулся Невада и добавил:
— он был, как сейчас ты, любимчиком природы. Как не захотеть абсолютной власти, когда в тебе дремлет такое могущество?!
Пока медиум говорил, что-то мешал в фарфоровой чаше. Скоро сероватая субстанция, напоминающая кисель, была готова. Ложечку отбил по краям и отложил, а сам «нектар» Невада протянул мне со словами:
— Выпей.
— Что это?!
— Быстрый тест: медиум ты или нет. Пей. Не отравлено, не волнуйся.
— Да кто вас знает? — фыркнула я, беря чашу.
— Вот и узнаешь. Пей, — повторил медиум раздраженно.
Чёрт с ним! Выпила. Ощущения никак не изменились. Словно обычной воды выпила.
Невада подошел ближе, подхватил меня за руку, отвел и заставил сесть на стул за его столом, сам же медиум навис преступно близко надо мной, пристально глядя мне прямо в глаза. Сердце пропустило удар. Звуки исчезли. Ещё удар. Образ Невады раздвоился, я хныкнула, потерла глаза, попробовала промаргаться...
— Плохо? Голова кружится?
— Да, — проронила я и зажмурилась.
— Скоро ты должна услышать голоса, — предупредил медиум. — Это заговорят стихии. Кроме головокружения и тошноты не происходило ничего.
— Мне плохо, — почти плакала я, когда сердце начало расходиться просто в нереальном стуке.
Невада ещё немного помолчал, кинул быстрый взгляд на часы и спросил:
— Совсем плохо?
Я кивнула, закрывая рот. Ужасно тошнило!
Секунда — и Невада достал из стола пробирку, зубами вырвал деревянную пробку и буквально вылил содержимое мне в рот. Тотчас отпустило.
Теперь на место плохого самочувствия пришел страх.
— Всё-таки отравить хотел?! — съязвила я.
— Я дал тебе напиток Пяти элементов — магический нектар, раскрывающий способность медиума и позволяющий услышать сущности стихий. Каждого медиума в начале пути проверяют таким способом, и если он слышит, то. способности подтверждаются.
— А если, как я, не услышала? — подхватила я.
Невада оставил вопрос без ответа. Он подошёл к тому самому стеклянному графину, налил напиток в бокал и, думая о своём, поднёс к губам. Я видела растерянность на его лице, огорчение вперемешку с досадой, и какое-то совершенно детское непонимание происходящее.
— Ты вообще ничего не услышала? — с последней надеждой спросил Невада.
— Ничего.
Бокал дрогнул в его руках — и медиум сухо произнес:
— На сегодня ты свободна, Элина. Можешь идти.
59. Он
Ночь. На темно-синей простыне сияют звёзды.
