Замерла, прикусывая губу, прислушалась к ощущениям и, ничего такого специфического не почувствовав, расслабилась. Не-е-е, если бы меня вдруг коварно и подло лишили невинности этой ночью, как максимум, я бы проснулась еще ночью, как минимум, сейчас бы что-то этакое да ощущала.
Какие-нибудь последствия. К тому же, по словам подруг, после первого раза должно болеть и тянуть между ног. А у меня ничего такого даже и близко не было. Облегченный выдох вырвался из груди. И тут же устыдилась своих подозрений. Точно нет, каким бы ни был гадом и тираном мистер Фрост, на насильника и извращенца он был похож в последнюю очередь.
Внезапно нахлынули воспоминания о моем бесстыдном эротическом сне с тем самым «развратником» в главной роли, к щекам мгновенно прилипла кровь. Кажется, извращенкой можно назвать тут только меня. Помнится, Лара говорила: у кого что болит, тот о том и говорит. Сны к этому тоже несомненно относятся.
Не зная, куда деть себя от режущего жилы стыда, засунула голову под подушку, глубоко дыша в попытке успокоиться и подумать об этом, эм, сне, с философской точки зрения. А лучше всего думается под прохладным душем!
Выбравшись из кровати, почти бегом направилась в ванную комнату, стащив с себя нижнее белье, брезгливо кинула его в корзину. Быстро сполоснувшись, привалилась к стенке кабины.
Ну вот, к конструктивному самобичеванию я была готова.
Итак, что мы имеем? Эротический сон – одна штука. Пока, одна штука. Беловолосый тиран – одна штука. Опять же, что удивительно очень даже внешне ничего. А вообще, вот таких «очень-даже-ничего», как минимум еще три штуки. Это если говорить о Ярине, Картере и Лиаме. Других я пока таких здесь не видела, а вот на работе в последнее время… Так, не об этом.
Кста-а-ати, о других доступных мужчинах. На миг представила себя вместе с кем-нибудь из них. Например, Ярин, как более, на мой взгляд, мягкий. И между прочим, он тоже беловолосый, не меньше пышущий тестостероном, чем Фрост.
Обрадованная хорошей задумкой, прикрыла глаза, моделируя ситуацию. Вот я иду к нему на встречу. Он стоит, опираясь задницей, к-хм, поясницей… на стену, да. На слегка пухлых, с четким контуром, губах играет лукавая улыбка. При моем приближении он выпрямляется и делает шаг вперед, я обнимаю его за плечи и прикасаюсь к губам. На этом моменте меня почему-то затошнило.
Сглотнув неприятный комок в горле, взволнованно мотнула головой, не обращая внимания, что капли воды попадают на волосы, а я не желала их мочить. Пусть. Представила теперь Картера и поежилась, с отвращением скривившись. О Лиаме даже и думать не стала.
Растерянно качнула головой, собирая мокрые кончики волос и накручивая их на пальцы.
Не понимаю. Мужчины, несомненно, классные, почему такая реакция? Дать адекватный ответ я не могла.
Всего на секундочку визуализировала ситуацию с Леонардо: то мгновение, когда он вошел в столовую, тихо ступая, обошел и встал напротив. По коже пробежались мурашки, дыхание сбилось. Представила, как он медленно, жадно, точно смакуя, проходит взглядом по моему наряду, задерживаясь на открытых участках кожи, а затем ладонью притягивает за талию и целует, вторгаясь в рот языком, прикусывает губы.
Рот непроизвольно приоткрылся, язык прошелся по нижней губе, как будто он действительно поцеловал. Тихий стон сорвался помимо воли. Пошатнувшись, открыла глаза, пьяно посмотрев перед собой.
— О, черт!
Кажется, все очень плохо.
Из ванной вышла в мрачном расположении духа и едва не подпрыгнула, увидев расслабленно сидящего на уже застеленной постели мистера Фроста.
Шумно втянув воздух, приложила ладошку к груди с быстро бьющимся сердцем, сипло выдыхая:
— Что вы здесь делаете?
Леонардо не спешил отвечать. Он медленно встал, как-то странно смотря на меня сверху вниз. В льдисто-голубых глазах мелькнуло что-то странное, темное… опасное. Не выдержав такого пристального внимания, неуютно поежилась, опуская голову. Переступила с ноги на ногу, плотнее затягивая пояс халата, и не выдержав, вновь посмотрела в лицо мужчины, испуганно отшатываясь.
Всего на мгновение мне показалось, что его зрачок нечеловечески вытянулся, как бывает у кошек, и расширился, почти заполняя всю радужку. Крепко зажмурилась, а когда вновь подняла ресницы, его лицо было по обыкновению спокойным, в «нормальных» льдисто-голубых глазах застыло равнодушие. Разозлившись на свое воображение, обозвала себя последними словами. Не забыв помянуть о-очень ласковым словом Лару с ее фэнтезийными сказками о всяких оборотнях и драконах.
Может, и правильно, что мистер Фрост меня изолировал. С такой придурью в голове вообще в специально отведенные места запихивать нужно. Крыша совсем потекла из-за нервов
«Не будь к себе слишком строга, девочка…» — мурлыкнуло в сознании.
Ну вот, я же говорю.
Вздохнув, нервно перекинула на плечо волосы и немного устало позвала молчаливого вторженца и возмутителя моего спокойствия, а также по совместительству доведенца бедной Алины до психбольницы. В перспективе.
— Мистер Фрост?
— Да?
