Прибыв в столицу – город Пекин, мы в тот же день встретились с членами правительства – Лю Шаоци, Чжу Дэ, Чжоу Эньлаем. В самые сжатые сроки в Китай была отправлена совершенная боевая авиационная и радиолокационная техника. С аэродрома дальний истребительный полк полковника Макарова на 45 самолетах-истребителях Ла-11, перелетев залив Бохай, произвел посадку в Циндао. По тому же маршруту бомбардировочный смешанный полк полковника Семенова перелетел в Шанхай. Из Москвы железнодорожным транспортом шел отлично подготовленный истребительный реактивный полк полковника Пашкова. Аэродромная сеть районов Шанхая и Сюйчжоу срочно расширялась.
Решено было организовать непрерывное патрулирование над районами аэродромов со сменой экипажей в воздухе. Созданная нашими специалистами зона ПВО района города Шанхая включала в себя надежное радиолокационное поле обнаружения воздушных целей. Радиолокационные станции работали круглосуточно. Уже в первые дни наши летчики сбили до десятка самолетов чанкайшистов. Авиация противника перестала днем появляться над городом. Паника прекратилась.
Корейская война активно велась всеми родами войск в течение года. Летом 1951 года боевые действия сухопутных войск прекратились. Однако примерно в течение двух лет, до заключения перемирия 27 июля 1953 года, продолжалось противоборство нашей и американской группировок. Оно осуществлялось по неписаным, но строго соблюдаемым правилам. Наши летчики не залетали за демаркационную линию, чтобы не оказаться сбитыми над чужой территорией и не попасть в плен. Американцы грозились первого же попавшего к ним русского летчика доставить в ООН как вещественное доказательство нашего вмешательства. По этой причине вдоль границы было негласно отведено воздушное пространство, так называемая аллея истребителей, где и происходили воздушные бои.
64-й истребительный авиационный корпус, которым я командовал, сменив на этом посту генерал-майора Г. А. Лобова в конце августа 1951 года, несмотря на то что назывался истребительным, имел уже в своем составе зенитно-артиллерийские и авиатехнические дивизии, зенитно-прожекторный полк. В задачу 64-го ИАК входило прикрытие с воздуха промышленных и административных объектов в районе Мукден, Аньдун (аэро дром Мяо-гоу), Цзиань, обеспечение сохранности железнодорожных мостов и электростанции на реке Ялудзян в районе Аньдуня. Активные действия продолжались до 27 июля 1953 года. Я продолжил командование до середины мая 1955 года. Всего за период этой войны 22 наших летчика получили звание Героя Советского Союза. У американцев, конечно, была своя статистика сбитых самолетов, по которой они сбили наших в десять раз больше, чем потеряли своих. Статистика – явно нахальная. Абсолютно точные цифры мы вряд ли уже узнаем.
На территории Кореи в специальном лагере держали военнопленных американцев, было их около тысячи. Условия у них были приличные. Их хорошо кормили, даже по желанию изменяли меню. Они свободно переписывались со своими родными, все, как один, с нетерпением ждали перемирия. На первых допросах рассказывали невероятные истории. Как выяснилось, ЦРУ обучало летчиков, направлявшихся в Корею, как вести себя в плену, а именно им предлагалось придумать невероятную историю, чтобы ввести в заблуждение контрразведку. Я помню такие допросы по поводу вымышленных посадочных площадок на территории Монголии. Все это делалось для того, чтобы внести нервозность в отношения между Китаем, Кореей и МНР.
Как-то на рассвете над аэродромом появился двухмоторный бомбардировщик Б-26. Заметив, что в воздухе патрулируют наши истребители, он повернул обратно и стал уходить на предельной скорости. Его догнали, атаковали и сбили. Бомбардировщик упал на берегу Желтого моря. На следующий день, примерно к 12 часам дня, появился другой разведчик Б-26. Его подожгли с первой же атаки. Мы слегка испугались, так как горящий самолет начал планировать на группу наших Миг-15, стоящих скученно на границе аэродрома. В итоге гоминьдановский пилот сел на фюзеляж в метрах трехстах от аэродрома. Экипаж в составе трех человек был схвачен. На допросе пленные показали, что базируются в составе двух бомбардировочных полков на острове Тайвань, настроение у солдат и офицеров неважное.
В темную майскую ночь были зафиксированы две воздушные цели, идущие курсом на Шанхай. В воздух по тревоге подняли восемь ночных истребителей Миг-15. Командир эскадрильи Илья Шинкаренко, сближаясь с самолетом противника, открыл огонь из 37-мм пушки и пулеметов, но сам при этом из-за разности скоростей налез на цель. Быстро сообразив выпустить шасси и закрылки, он уравновесил дистанцию и второй очередью почти в упор расстрелял бомбардировщика, который тут же на глазах, взорвавшись в воздухе, развалился на несколько частей.
