В руки девушка его брать не стала, попросила меня развернуть и глянула, как только я поднес его ближе.
— Миронов, — хмыкнула она. — Завтра приходите и успевайте до восемнадцати, а лучше раньше, может свалить, не дожидаясь окончания смены. Особа он у нас приближенная к императору, — пошутила она, — дежурства не берет, приходит – уходит, когда заблагорассудится.
— А может вы мне его телефончик дадите?
— Приходите завтра, мужчина, — наступала она, оттесняя меня к выходу. Обогнула, распахнула пластиковую дверь, предлагая мне выйти наружу. Я приложил руку к груди и выдохнул:
— Он мне очень нужен, понимаете.
— Понимаю, прекрасно понимаю, — заверила она и отрезала: — А мне работать нужно.
У меня зазвонил телефон, я сбросил вызов, не вынимая тот из кармана, подумывая предложить девушке деньги, в этот момент из глубины коридора вырулил мужчина. По виду сотрудник сего заведения, причем не совсем трезвый, чтобы понять сей факт, достаточно было мимолетного взгляда.
— Выходим, молодой человек, — строго приказала мне девушка, повернулась к мужику и возмутилась: — Василий Иваныч, опять дверь не закрыли!
— Машину жду, Люсенька, машину, — попробовал оправдаться тот. — Аварийных сейчас привезут.
— А звонок нам зачем?! — рявкнула она и показала мне жестом – на выход.
Мне ничего не оставалось, как послушаться. Уходя, я слышал, как с виду милая «Люсенька», отчитывает этого прибухнувшего на рабочем месте «Чапаева».
Я отошел в сторонку и закурил, решив дождаться машину и попытать счастья с «Чапаем». Этот наверняка деньгам возрадуется, и не только телефоном поделится, а ещё и адресок черкнет при возможности.
Так и оказалось, с той лишь разницей, что в дверях возник Василий Иванович, не дожидаясь машины. Купюра стремительно перекочевала в его карман, а я стал обладателем заветных цифр. Но радовался недолго: встречаться со мной Миронов наотрез отказался, сославшись на занятость, и неожиданно прервал разговор. А когда я набрал повторно, тупо скинул мой вызов. Ничего не поделаешь, придется терпеть до завтра, пришел я к выводу и набрал Тимоху Мальцева, которого проигнорировал сам, пока добивался расположения грозной Люси.
— О-о… — радостно пропел он и без перехода гаркнул: — Ты где?
— В морге, — зачем-то ляпнул я.
— Это че, клубешник новый? Не слышал о таком…
— Это морг, Тимоха, обычный городской морг.
— Не понял, — буркнул он и усмехнулся: — Ты дебил что ли, че ты там делаешь? Короче, проехали. Я вернулся, предлагаю забуриться в клуб и хорошенько бухнуть. Я два месяца, как на каторге, бля!
— Какой клуб, они закрыты все, — напомнил я, на что Мальцев фыркнул:
— Я тя умоляю, мы тебе не в Америке. Короче, сейчас адресок кину, подваливай, давай. Оттопыримся по полной.
Оттопыримся, так оттопыримся. Пожалуй, это именно то, что мне сейчас нужно.
Просыпаться упорно не хотелось, но ужас, творившийся во рту, гнал в ванную. Требовалось почистить зубы и прополоскать рот, желательно с мылом. Плоскость, на которой брошено мое тело, (именно тело, человеком этот кусок говна, что я из себя представлял сейчас, можно назвать с большой натяжкой) была подозрительно узкой и чужеродной. Затекшие конечности отзывались ломотой в каждой мышце. Я разлепил веки, взгляд уткнулся в желтоватый плюш, служивший обивкой дивану. В нашем доме подобного дивана не имелось, даже в комнатах для гостей похожего чудовища не припомню.
Я перевернулся на спину, уперся шеей в мягкий подлокотник и попытался сообразить где я нахожусь. Получалось не особо. Единственное, что я понял наверняка – в комнате я не один. Мелькнувшая белокурая голова, тут же спрятавшаяся за шкаф у двери, могла принадлежать, как девчушке, так и пацану, а разглядеть толком я не успел. Впрочем, спустя несколько секунд, любопытная мордаха осторожно выглянула из-за угла – девка. Розовощекая, упитанная, тонкие, как пух, волосы кольцами. Она поймала мой взгляд, задорно взвизгнула и бросилась в приоткрытую откатную дверь. «Господи, девочка, можно так не орать, пожалуйста…» Этот визг добивал, делил башку на две половинки. Я стиснул голову руками и простонал.
Вернулась она не одна. Точнее, в комнату вошел мужик, следом просочилась девчушка и замерла у двери, держась пухлой ручонкой за шкаф.
— Проснулся? — невозмутимо поинтересовался вошедший, будто лет сто меня знает и моя ночевка на его диване явление привычное и само собой разумеющееся. Он распахнул дверцы шкафа, вытащил с верхней полки полотенце и перекинул его мне: — Ванная направо по коридору, примешь душ и подгребай в кухню, я тебе чай пока соображу.
Я опустил ноги на пол, уткнувшись носками в одеяло, которое ранее наверняка сползло с меня. Подтянул его на желтый плюш, отмечая – дрых прямо на нем, застилать диван мне никто не потрудился, а может просто я не дал людям такой возможности. Черт с ним, главное сейчас разобраться где я вообще нахожусь. Но сначала в душ.
