Говорят, первая любовь не ржавеет. Но только не тогда, когда тебя бросают юной, растерянной и... беременной. Обжегшись единожды о Богдана-Плейбоя-Связерского, звездного хоккеиста и известного ловеласа, Рита и по сей день дует на воду. Но жизнь не стоит на месте - крошечный комочек счастья вырос в замечательного сына, карьера в самом зените, а у отца сынишки, похоже, проснулись отцовские чувства. Но можно ли простить предательство? И какова цена такого прощения?
Юлия Резник
Мой папа - плейбой
Глава 1.
— Ты не мог бы говорить погромче? Что ты сломал? — уточнила Рита у трубки, перекрикивая шум дорожных работ, ведущихся аккурат возле здания ее офиса. В руках Рита сжимала папку с распечаткой новенького проекта и довольно увесистую сумку, а потому трубку ей приходилось удерживать плечом, что тоже не добавляло четкости звуку.
— Руку. Поломал руку… Мы поехали в Порт Авентуру, катались на Разъяренном Бако, потом отправились в сплав по Град Каньону, а уж на Диком Буффало это и случилось.
— Постой. Кто поломал руку? — насторожилась Рита.
— Так Марик. Кто ж еще? Говорю ведь, это случилось на Диком Буффало! Дикий Буффало — тот еще зверь.
— Какой, на хрен, Дикий Буффало, Связерский?! — зашипела Маргарита в трубку. — Ты хочешь сказать, что угробил моего сына в вашу первую же совместную вылазку?!
— Почему сразу — угробил? Такое случается… — оправдывался ее бывший. — Разве это плохо, что парень растет настоящим мужчиной? Да на том аттракционе взрослые мужики в три ручья плакали и просили их снять…
— Возможно, это потому, что у них остались хоть какие-нибудь мозги?!
Рита ворвалась в прохладный холл бизнес-центра и прислонилась закипающим лбом к стене. Пышные сочные ветки раскидистой пальмы скрыли ее от любопытных глаз. Рита втягивала носом воздух и выдыхала ртом, убеждая себя, что никакой трагедии не случилось. Марик просто поломал руку.
Вот, ведь чувствовала! Чувствовала, что этим закончится дело. Нужно, наверное, поставить свечку, что все ограничилось лишь сломанной рукой, потому что от папочки ее сына можно было ожидать чего угодно. А она тоже… хороша! Надо было стоять на своем и не поддаваться на провокации.
— Я так и знал, что ты будешь орать!
— Ну, знаешь… — вмиг завелась Рита по-новой. У Связерского обнаружился прямо какой-то дар — выводить ее из себя. Серьезно! Обычно уравновешенная и смешливая, рядом с ним она вспыхивала, как порох! Впрочем, как тут не вспыхнуть?!
— А я что говорю? Ты совершенно невыносима.
— Заткнись! Заткнись, Бодя, богом тебя прошу. Не буди во мне зверя. Так… Я хочу поговорить с Марком. Передай ему трубку! — вновь обретя контроль над собой, распорядилась Рита.
— Не могу. Он только уснул. День был очень насыщенный.
— С ним точно все хорошо?
— Да. Самый обычный перелом. У меня таких — с полдюжины было, и еще хуже!
— Избавь меня от долгого и унылого перечня своих многочисленных травм.
— Не таких уж и многочисленных, — обиделся собеседник. — Я в отличной форме!
— Что не может меня не радовать… — пробормотала Рита, выбираясь из своего укрытия. Еще немного, и она опоздает на совещание, которое сама же и назначила.
— Ты, никак, на алименты намекаешь? — проявил чудеса догадливости Связерский. Ну, надо же… Оказывается, не все мозги отбил!
— Еще бы. Пока находятся идиоты, готовые платить миллионы долларов за махание клюшкой и выбивание зубов, я могу быть спокойна за благосостояние своего ребенка. Вряд ли с твоей пенсии по инвалидности много стрясешь. Слушай, Бодя, а в Америке, вообще, как — пенсию по инвалидности платят?!
— Ну, ты и стерва!
— Ты прав! Нельзя смеяться над больными людьми, — согласилась Рита, в последний момент заскакивая в переполненный лифт. — Вернемся к делу. Сейчас я отменю все запланированные встречи, закажу билеты до Барселоны и забронирую номер в гостинице. Ваш адрес у меня имеется… Алло! Алло! — в какой-то момент связь оборвалась! Да чтоб тебя!
Едва не пропустив свой этаж, Рита вывалилась из лифта и пронеслась по коридору. Вот уже пара лет, как она смогла себе позволить перевести свой офис поближе к центру, что как бы само собой намекало — дела у нее шли довольно неплохо. Тьфу-тьфу…
Пройдя через приемную, Рита бросила на ходу: «Ольга Павловна, зайдите ко мне» и захлопнула за собой дверь кабинета. День только начался, а она чувствовала, что ей просто необходимо выпить. В какой-то момент жизни зона ее комфорта плавно перекочевала в вино-водочный отдел. И она с точностью до секунды знала, когда это случилось!
