Черт, Лейла, да не ври ты себе. Тебя так пугает потеря репутации ресторана? Да, это малоприятно, но не смертельно. Можно заказать опровержение, припугнуть Олесю, пока не расколется, и выставить Марченко необъективным купленным кретином. А что касается угроз… Это вообще криминальное дело. Скандал будет такой, что на него станут показывать пальцем. Я успела завести весомые знакомства среди прессы и силовых структур. Все его обещания в случае моей неуступчивости устроить веселую жизнь смешны. Такому как ему просто гордость не позволит мстить отвергнувшей его женщине.
Я пришла сюда по собственному желанию, а давление Любомира и притянутый за уши эффект тупика — повод снять с себя ответственность.
— Располагался, — в этой квартире он в своей стихии. Голос становится ленивым, скучающим, даже отстранённым. — Впрочем, можешь присоединиться по мне в душе.
Вот это наглость! Меня коробит его самодовольный тон. Султан ждёт, что наложница начнет выполнять все его хотелки. И никуда не денется. Бежать действительно поздно, да и глупо. Но так даже лучше. Это как предупреждение — не теряй голову и не отказывайся от первоначального плана.
— Спасибо, я не успела испачкаться.
— Что ж, тогда придется ненадолго тебя оставить. В баре есть напитки. Но не советую напиваться. Во-первых, ты за рулём, а во-вторых, это тебя не спасёт. Более того, придется ещё раз отработать программу на трезвую голову.
Он точно решил вывести меня из себя своим самодовольством. Но и я сдержалась — иронично поджав губы, подошла к огромному окну. Внизу расстроился город.
— Ну? Или ты будешь до утра читать мне свой протокол?
Марченко ещё раз окинул взглядом мое тело, будто смакуя предвкушение, и, хмыкнув, удалился.
Когда за ним закрылись двери, я с облегчением выдохнула. Расслабиться не получалось. Присела на край дивана и поняла, что тело дрожит, а грудь давит противоречие.
Хватило бы у Любомира ума подойти по-иному… Получили бы удовольствие, а не упражнялись в том, кто кого круче придавит. Вот что с мужиками не так? Ладно бы любой среднестатистический, но Марченко, самый шикарный холостяк столицы, ещё и богатый как черт? Что ему не хватало, и зачем надо придумывать ситуацию, в который я окажусь зависима от его решения?
Ответов на эти вопросы не было. Был самый очевидный — я завела этого мужчину так, что он потерял голову и вместе с ней берега. Да, его всегда окружали молодые девчонки, внешне оттюнингованные до неузнаваемости. Может поэтому было так сложно поверить что он захотел меня?
— Ты до сих пор одета.
Погруженная в свои мысли, я не заметила, как вышел Любомир. Сердце пропустило несколько ударов. Сглотнув, я повернулась к нему. По счастью, он был одет. Все тот же костюм, что и раньше.
— Может, ты сам захочешь меня раздеть?
Глаза мужчины потемнели.
— Нет. Ты сама разденешься для меня, пока я буду смотреть. Возбудишь меня языком своего красивого тела и попросишь тебя трахнуть. Вот тогда я это и сделаю, и никак иначе.
Его слова уже были похожи на движение члена внутри! Как же я его хотела! От взгляда и слов текла, как девчонка…
— Мы…пойдем в спальню?
Любомир подошёл к бару, наполнил бокал коньяком, достал сигару. Конечно же. Расхожий штамп. Опустился в кресло, закинув ногу на ногу. Якобы невзначай поднял со стола золотую таблицу с надписью, положил обратно.
— Я жду. Сними с себя все и покажи, как ты готова стараться, чтобы получить мой высший балл. Давай, Лея…
Чего мне стоит не наброситься на Лейлу с порога, не сорвать с нее платье, подавляя сопротивление, припасть к ее губам, не давая опомниться! Покрыть поцелуями все ее тело, удерживая в клетке своих рук! И что мне мешает это сделать — вопрос по-прежнему открытый.
Наверное, я просто не хочу, чтобы она осознала в полной мере, как я ею одержим. Чтобы не торжествовала победу раньше времени и не испугалась. Страх и обречённость — не то, что я хочу получить от нее.
Птичка в клетке. Стоит подождать совсем немного и взять свою долгожданную награду. Она и сама понимает, что не избежит того, что я для нее приготовил.
С трудом считаю до десяти, чувствую, как привычная маска арийского спокойствия и пренебрежительного хладнокровия скрывает одержимое желание отыметь Лейлу сию же минуту. Нагнуть через спинку дивана, задрать платье, заклеймить лёгким шлепком по упругой попке и войти на всю длину члена без долгих прелюдий. Возможно, я так и сделаю однажды, когда она будет к этому готова. Не сейчас, когда в ее напряжённой позе и спасительном высокомерии кроется испуг перед предстоящим.
Самое лучшее, что я могу сделать сейчас для нее — показать, что могу держать себя в руках. Да и мне просто необходим холодный душ. Член стоит колом, в голове набат и одна-единственная мысль — овладеть моей восточной красавицей.
Холодная вода не помогает. Эрекция не спадает, что бы ни делал, на что бы не пытался отвлечься. Я боюсь коснуться своего члена — если представлю, что это ее руки, не сдержусь. Она меня как будто опоила мощным афродизиаком.
