— Привет, секси, — его хриплый баритон заставил меня дышать и расслаблено обтекать на скамью. — Как ты селя чувствуешь? Я не сильно измучил тебя ночью?
— О, это было истязание? Не знала. Приятное вышло.
— Я не сомневался.
— А вот у тебя голос какой-то усталый. Видимо, я высосала из тебя все соки.
Молодец, Лейла. Пусть не думает, что ты лёгкая победа. Пусть старается каждым разом сильнее и больше.
Он понял, что я его дразню, хрипло рассеялся.
— Я хотел бы пригласить тебя на обед. Утром ты так поспешно уехала…
— Ты же знаешь, что у меня есть сын, и я должна была отпустить его няню. Кстати, мы с ним сейчас в парке. Если тебя не пугает его присутствие, ты вполне можешь пригласить нас с Егором на обед…
В голоса Любомира — радость.
— Я буду там через час. Никуда не уходите.
Кладу трубку, отвечаю на воздушный поцелуй Егорки.
Рано, как мне кажется. Ну кто для меня Марченко? Просто любовник, и все. Нет видов на совместную жизнь. Конечно он об этом говорил, но я же не вчера родилась. Мужики в попытке получить своё выскажут и не такое. Плюс для подобного нужно согласие обеих сторон, а я пока не готова к серьезным отношениям. Меня секс устраивает.
Егор может к нему привыкнуть и начнет задавать вопросы. Надо очертить границы. Но сейчас уже поздно.
Мы строим замок из песка, когда я вижу Любомира, направляющегося к нам уверенной быстрой походкой. В его руках огромная коробка, явно тяжёлая — мышцы на руке перенапряженные и красиво обрамляют вены вместе с рисунком татуировки. Подношу ладонь к глазам, что в этой коробке? Электрокар — экскаватор? Вот это да…
Егорка замечает дядю с коробкой. На ней рисунок. Открывает рот, в его глазах желание обладать этой игрушкой здесь и сейчас. А Любомир распаковывает свой подарок, довольно быстро заводит его и, управляя пультом, направляет к нам.
— Где самый послушный мальчик в городе? Вы его не видели случайно? Даю подсказку, у него красивая мама и ее зовут Лейла.
— Познакомься, сынок. Это дядя Любомир. Ты видел его по телевизору, помнишь?
Любчик протягивает ему руку, присев на корточки, смотрит в счастливое и горящее от нетерпения, детское лицо. И тут происходит нечто странное.
Он отшатывается, будто прикосновение пальчиков Егора ударило током. Не от отвращения — от изумления. А я качаю головой поднеся ладонь ко рту.
Они похожи?! Что это такое — ты выбрала мужчину похожего на того, кого любишь?
Марченко словно не веря качает головой. Всматривается в лицо Егора. И от этого мне становится вообще не по себе. Я не видела Марченко таким растерянным ещё никогда. Что так его поразило? Сходство? Его вижу я одна.
— Прости, Лея… Я на минуту… в студии ЧП. Мне надо бежать. Вот только вышел из машины и узнал. Я постараюсь решить и… Позвоню тебе.
Он разворачивается и уходит. А у меня все стынет внутри.
Получи, Лейла. Все его слова — пыль. Он сдал назад, как только увидел, что ты, как говорят, с прицепом.
Егор увлечено играет машинкой. А на моих глазах стынут слезы.
Как и прежде, въезжая в тихий двор уютных двухэтажек, где прошло мое детство, я испытывал острую ностальгию по тем беспечным годам. Я не застал повального увлечения компьютерными играми, когда дети сидели дома, закрывшись от мира наушниками и монитором. Сколько раз были сбиты в кровь колени, полеты с деревьев, замки и крепости из песка и снега, изорванная и измазанная одежда — не счесть. Как часто я бывал бит родителями за эти детские проделки! Но детство, как ни крути, золотая пора.
Припарковав свой автомобиль в тени лип, позволил себе чрезмерно восторженную улыбку притихшим детям и бабушкам у подъезда. Они уже почти привыкли к Любомиру из телевизора, к тому же звёздная болезнь обошла меня стороной.
Конечно же меня пытались остановить на входе в подъезд. Продвинутые старушки сделали со мной селфи, остальные засыпали комплиментами. Наконец выполнив свой долг серебрите, я вошёл в подъезд.
Многое здесь поменялось — добротный ремонт, бронированная дверь. Но, как и прежде запах пирогов моей мамы нельзя было спутать ни с какими шедеврами моего ресторана.
— Ах, Мир! — в этот раз обычно степенная мама не сдержалась, повисла на моей шее. — Как я рада, что ты сумел приехать! Отец будет скоро, отменил рыбалку. Но ты проходи, не стой! Дайка я тебя рассмотрю!
Я тепло поцеловал ее, прошел вглубь квартиры. От аромата выпечки рот наполнился слюной.
— Что ты ешь в этом своём ресторане! Одни мышцы и жилы!
— Мам, это сушка для спортсменов называется. И ты знаешь, я готов ее нарушить ради твоих изумительных пирогов. Держи, это к столу, напряг шефа.
— Да совершено напрасно! Я говорила, Мирчик, фуа-гра мне не нравится, правда салат с мясом криля да, очень люблю. И спасибо, что не привез улиток, как в прошлый раз…
— Ну, отцу они понравились особо. Так что ещё привезу.
— Мой руки и к столу. Отец уже на въезде в город.
— Подождем его. А пока что у меня возникло нестерпимое желание посмотреть наши детские альбомы. В шкафу? Не беспокойся, я сам достану.
