Меня ломало и корежило по всем фронтам, я решил было забыться марочным виски. Пить не торопился. Смотрел на город из окон лофта, а когда раздался звонок в двери, не допустил даже мысли…
А дальше как во сне. Вот она, моя девочка, моя самая драйвовая леди, мое вожделенное безумие. Щеки раскраснелись от волнения, глаза горят как два черных уголька, а от запаха ее желания едва не превращаюсь в монстра.
— Лея, ты…
Кажется, я сказал что-то ещё. Мне хотелось так думать. Именно сказал, а не напугал ее своим безумием. Вынуждая сделать то, что она в итоге сделала.
Перешагнула порог, швырнула клатч на тумбочку и поцеловала. Она. Меня. Ладно, словно я был для нее источником жизненной силы. А потом все как во сне.
Руки скользят по ее телу, зарываются в волосы. В паху разгорается пожар, сладкая, боль аукается в пятках, а сердце бьётся как отбойный молоток. Как же я хочу ее!
Хочу овладеть прямо здесь. И одновременно уберечь от всего мира. И, вашу мать, прожить с ней жизнь до скончания дней!
Пожираю ее волю алчным поцелуем. Накручиваю шикарные волосы на кулак. Моя принцесса Жасмин добровольно шагнула в западню. Осталось только сорвать этот цветок… Но я не хочу. Я не дам ему завянуть. Он будет ещё долго радовать меня…
Боже, она горячая и сладкая. Непокорная и неистовая. Я хочу ее именно такой.
Раздеваю без излишней нежности. Подхватывают на руки как желанную добычу и несу в спальню, не разрывая поцелуя.
Она лучшая. Наша страсть через край, через все отсеки. Женщина, которая не боится своих желаний. В этот момент я понимаю, что теперь не отпущу и на отдам никому. Она этого пока ещё не знает…
Внутри нее жарко и хорошо. А мне мало обычной плотской разрядки. Сжимаю подбородок моей Лейлы, смотрю в ее глаза — это самое шикарное зрелище из всех. Никакой горящий костёр, поток воды или звёздное небо с этим не сравнится. Потому что я вижу все, что в ее душе.
Виду симфонию огня, когда беру ее тело. Вижу пик ее возбуждения. Да, детка. Ты не могла перед этим устоять. У тебя не было шансов.
Простреливает отдачей болезненного возбуждения по всему члену. Какая она тугая и горячая внутри. Если бы не влага, обильно оросившая ствол, я бы поцарапался. Тесная и узкая, как девочка.
— Мир… — снова шепчет она, толкая бедра навстречу, подстраиваясь под мой темп. Ее шепот похож на урчание хищной пантеры. Эта женщина сжигает мою душу.
— Я… ты… моя! — да, второй раз мне удается продержаться немногим дольше, чем в первый, когда я спустил в трусы от ее танца.
— По. вто. ри… — хрипит Лейла. В ее глазах приближение оргазма. Чувство, будто надвигается цунами.
— Ты… моя! — лицо сводит гримасой экстаза. А понимаю, что это именно так. До последнего слова.
С криком освобождения Лея кончает на моем члене. Сладкие тиски ее интимных мышц причиняют лёгкую боль.
Это охранительно. Так не было ни с кем и никогда.
Удерживая, ложусь на спину. Она — мне на грудь. Дыхание обжигает кожу.
— Мир…
— Ты восхитительна, — шепчу я.
Того что произошло мне мало. Я должен ее заклеймить, пометить, сделать своей. Позволяю отдышаться совсем немного, нахожу свой галстук на полу рядом, держу в руках, натягивая.
Глаза Лейлы расширяются, от восторженного изумления. И я вновь узнаю то самое хриплое дыхание, которое сигнализирует о том, что она готова.
Не нужно лишних слов. Я мог бы расспросить ее, почему она передумала, вернулась, что ее с подвигло. Но я убью в себе любопытство и жажду насладиться ее замешательством.
Мы взрослые люди. Нам давно все понятно без слов.
— Мир, — хрипло смеется она, — ты крейзи.
— Хорошо, что больше не Любчик, — выпрямляюсь во весь рост.
Думал, стыдливо отведет глаза, или будет смотреть мне в лицо. Но моя девочка — она моя истинная пара. Неторопливо с явным наслаждением скользит взглядом по моему телу, глаза пылают. Так я смотрел на нее при встрече.
— Готова? — резко натягиваю галстук.
Если она скажет "нет" или усомнится, я остановлюсь. Но идея оказаться в моей полной власти со связанными руками восхищает ее. Моя девочка кивает, намекая, на ненужность слов.
Вздрагивает, когда я свожу ее тонкие запястья вместе, из горла вырывается сладострастный стон. Ерзает на попе, неосознанно сжимая бедра. Мне хочется развести ее ноги в стороны и привязать к столбикам кровати, но ещё рано. Все впереди.
Шелк галстука стягивает ее запястья. Но моя девочка не хочет довольствоваться покорной ролью. Обвила связанными руками мою шею и приподнялась всем телом. Острые зубки кусают меня за мочку уха.
Она безумна в плену желания, как и я. Сжимаю ее грудь, перекатываю сосок между пальцами. Видимо, это пронзает ее острым удовольствием, что она невольно изгибается.
— Моя, — говорю я, стараясь на рычать, — без остатка. Только моя.
Веду рукой вниз по ее животу, между раздвинутых ног. Миг, и погружаю пальцы в ее киску.
