Оставив авто в подземном паркинге, Родя задержался. Он успел поговорить со сторожем Михалычем, который жаловался, что из-за новой пенсионной реформы придется теперь трудиться до самой смерти. Выйдя из гаража, Загорский увидел во дворе все тот же темно-синий ситроен, возле которого стояли два непонятных субъекта. Низковатый мужчина с короткой шеей, прикрыв глаза рукой от снега, рассматривал окна на доме, как будто искал знакомые лица. Второй неизвестный был повыше и с короткой стрижкой под ноль. Он достал пачку сигарет и зажигалку.
«Эх, была, не была», — скользнула в голове дерзкая мысль, которая не позволила отступить. Ничуть не смущаясь, Загорский решительно шагнул в сторону автомобиля. Сейчас он решил сыграть тайного агента какой-нибудь национальной безопасности.
— Мужики, прикурить не найдется? — с невозмутимым видом сказал Родион, внимательно вглядываясь в реакцию неизвестных.
— Да, конечно, держи, — по опешившему виду высокого мужчины было заметно, что он никак не ожидал такого поворота событий.
— Спасибо, — Загорский прикурил, постоял возле подъезда, выкинул окурок в урну и пошел домой.
— Ну, что я могу тебе сказать, Димон? — говорил высокий мужчина, пока Родион поднимался домой. — Здесь наблюдение, поэтому у его дома я показываться больше не буду. Подставлять свою задницу мне не интересно.
— Хорошо, — скомандовал Михайлов. — Сваливайте оттуда. Позже я перезвоню и скажу, что делать дальше, а пока отбой.
— Да, так будет лучше. С машиной, что будем делать? Она ведь тоже засветилась.
— Завтра скажу. Все, пока.
Выглянув из окна кухни, Родион увидел, что следящий субъект разговаривает по телефону и широко жестикулирует, затем мужики садятся в машину и уезжают. «То-то же, — ухмыльнулся Загорский. — Испугались, да? Я вам покажу Кузькину мать», — он опустил кремовую штору и пошел разогревать ужин. С тех пор никаких подозрительных моментов замечено не было….или так только казалось.
Метель продолжалась вторые сутки. По всей Москве на дорогах возникли километровые заторы. В таком случае пассажиру оставалось только два выхода: идти пешком или ехать на метро. Но загвоздка в том, что подземка не резиновая, а народу под Новый Год много. В час пик вагоны берут штурмом, за каждое свободное место разворачивается военное сражение.
Загорскому повезло, он ехал до конечной станции, поэтому ему не нужно было протискиваться к выходу и расталкивать людей локтями. Человеческая волна приплюснула мужчину к стеклу, через которое он мог рассматривать толпу в соседнем вагоне. На Маяковской Родион увидел, как занесло потоком, молодую женщину в темно-сером берете и сероватом пальто. Из-за однообразного цветового пятна нельзя было определить, сколько ей лет, можно только гадать: тридцать, тридцать пять или тридцать восемь.
Она стояла боком в другом вагоне и читала бумажную книгу. Обложку, конечно, не видно да это и неважно, главное, что листы живые и настоящие.
Когда Загорский жил в родном Сергиевом Посаде, у него дома находилась огромная библиотека. Вечерами паренек любил читать о приключениях мушкетеров, таинственных убийствах и закопанных кладах. До 15 лет Родиона даже девочки не интересовали, он нырял в хранилище, чтобы отыскать непрочитанные произведения, пытался сам писать прозу и стихи.
Первой серьезной любовью стала соседка Лиза. Она очень увлекалась историей и мечтала стать археологом, что впоследствии и воплотила в жизнь. Родион поступил в «Щепку», а Лиза в ГАУГН на исторический факультет. Яркая студенческая жизнь разлучила влюбленных. Впоследствии Лиза вышла замуж за кандидата исторических наук, а Загорский пытался найти место под театральным солнцем.
Он наблюдал за девушкой в соседнем вагоне и мысленно переодел ее в другую одежду. Неприглядное темное пальто мужчина мысленно перекрасил в коралловый цвет. Затем он добавил беретку абрикосового цвета, перчатки, и медовые волосы заиграли, оживили нежное лицо девушки.
Красотка как будто почувствовала преображение и оторвала взгляд от страницы, блуждая взглядом по лицам людей, но затем снова вернулась к чтению.
«Где-то я ее видел? Совсем недавно. Не помню….старею, что ли. Неужели уже склероз?» — думал Загорский.
Тем временем девушка пробралась к выходу и исчезла, а ее место занял молодой полный парень, который явно любил Макдак. Его «украшать» совсем не хотелось.
На Алма-Атинской Родион покинул метро и вышел на улицу в снежную круговерть. Зайдя в подъезд многоэтажки, мужчина превратился в Деда Мороза. На пятом этаже в двухкомнатной квартире его уже ждали. Обычно новогодних гостей встречают шумно и радостно: это могут быть подвыпившие взрослые, громкие дети или собаки. Но в квартире № 52 было очень тихо и спокойно. Дверь открыла молодая женщина в футболке и трениках. Ее темно — русые волосы с небольшой проседью были собраны в тугой пучок. В квартире было тихо и спокойно, не чувствовалось предновогодней суматохи и кутерьмы.