– Хорошо, я поняла тебя, – ответила она мягко. – Но ты не будешь против, если эту ночь мы проведем вместе? Просто рядом, не подумай дурного. Мне страшно, всюду мерещится Илверт.
– Ладно.
Бранда забралась обратно в мои объятия и затихла. Я уже подумал, что уснула, а с меня сон как рукой сняло, когда королева снова заговорила:
– Когда мне сказали, что ты погиб в Литонии, я чуть с ума не сошла. Когда узнала, что ты попал в плен – стало еще хуже. Сюда ехала с одной целью – уничтожить Илверта, заставить его заплатить за все. Но знаешь, что самое странное?
– Что, Брани?
– Только ты меня так называешь – Брани, – тепло рассмеялась она. – Так вот, самое странное, что я могла бы полюбить его, Эри. Представляешь? Полюбить своего мужа. Мне было до того горько и безотрадно, что привязалась бы к любому, кто проявил ко мне толику тепла. Но он меня ненавидел, а любил призрак. Глупо ревновать к мертвым, да?
– Боюсь, нет.
Мелькнула мысль о том, что я все равно буду ревновать Эмми к Эйшу, даже когда его не станет.
– Так вот, он ненавидел меня, а я – его. Не только за себя, но и за тебя. Когда король узнал, что будет у меня не первым, думала, он меня убьет. Одним словом, Илверт сделал все, чтобы моя жизнь стала невыносимой. Но больше всего я ненавидела, когда он говорил о тебе. Слухи о наших отношениях все равно дошли до Литонии, и не надо было иметь провидческий дар, чтобы понять, кому он обязан моим бесчестьем. Я когда увидела тебя впервые в этом дворце, думала, остановится сердце.
– Я тоже, Брани. Правда, к тому моменту оно уже не раз собиралось остановиться.
– Я знаю. Илверт поведал – с особым наслаждением. Тварь! Для меня было важно, чтобы его убила именно я. Понимаешь?
– Да.
– Конечно, ты понимаешь, – вздохнула Бранда. – И знаешь, я все равно благодарна тебе, что ты сдержал слово и пришел. И рада, что ты жив и свободен. А еще безумно завидую девушке, которую ты любишь. Как ее зовут?
– Какая разница?
Бранда высвободилась из объятий и коснулась моего предплечья.
– Эмми, да? Решил добавить себе шрамов?
– Лучше так, чем рабское клеймо.
– Когда ты уедешь? – Она сразу сменила тему.
– Как только разрешит король.
– Подожди! – Королева задумалась на миг. – Это ведь жена Эйша?
Я только кивнул. Что скрывать? Она все равно узнает.
– А он…
– Умирает, – ответил я. – Увы, без моей помощи. И я вернусь к ней.
– Тогда почему так невесело? – Бранда вглядывалась в мое лицо.
– Я не уверен, что она меня ждет. Эмми слишком беспокоится из-за мужа. И, думаю, все равно винит меня. Я ведь захватил их замок, сражался с Эйшем. На меня он растратил последнюю магию.
– Если это действительно так, значит, она глупа, – сказала Бранда, а я поморщился. Неприятно было это слышать, но сразу огрызаться не стал. – Потому что ты – сокровище, Эри.
– Она тоже. Мое сокровище. Если бы не Эмми, меня бы уже не было в живых. Даже если бы физически не сломали, то не знаю, выдержал бы внутренне.
– Выдержал бы. Это ведь ты.
– Скорее всего, нет.
Бранда крепко обняла меня и затихла. Так мы и лежали – молча, думая каждый о своем. Я не спрашивал, что за мысли в этот момент бродили в голове у Бранды, но мне вспоминались те месяцы, которые провел в Эйшвиле. Сейчас они казались кошмарным сном. Хотя они им и стали, потому что часто преследовали ночами. И если бы не Эмми, я бы сошел с ума. А теперь она считает меня врагом, чуть ли не преступником. Так стоило ли возвращаться? С такими мыслями я уснул, а проснулся уже в одиночестве.
Тем же утром королем был объявлен маленький сын Бранды – Илверт Второй. Еще через день пришло пространное письмо от короля Осмонда, в котором он благодарил меня за службу и жаловал новые земли. Было заметно, что Осмонд недоволен прошением об отставке, но он его удовлетворил и назначил нового главнокомандующего. Ведь оставались и другие литонские города, но и они уже спешили преклонить колени перед новым королем… и Изельгардом. А еще через день пришло письмо от Вейса, в котором тот сообщал главное – Леонард Эйш скончался.
После смерти Лео я пребывала в каком-то полусне. Вставала с кровати только потому, что так было надо. Ела и пила, потому что за этим тщательно следила Лайза. Выходила на прогулки – об этом уже заботился мой вечный провожатый Вейс. Он оказался неплохим человеком, остроумным и достаточно дружелюбным. А еще он не давал мне думать о случившемся. Я так привыкла, что все дни заполнены заботой о Лео, и сейчас решительно не знала, как быть и чем себя занять. О замковых делах позабыла – ими тоже занимались изельгардцы. Но ночами, когда оставалась одна, выла на стены. Да, я не любила Леонарда. Наверное, поэтому сейчас ощущала себя настолько виноватой и опустошенной. Лео погиб и из-за меня тоже. Проглядела, не смогла вовремя заметить его болезнь. Не удержала, когда собрался на войну. И вовсе любила другого.
О том, что столица пала, а Эри возвращается, узнала все от того же Вейса. Он показал мне скупую записку на изельгардском. Некоторые слова я едва могла разобрать – все-таки лучше владела устной речью, чем письменной.
