Я пила. Медленно в этот раз, осторожно, не торопясь, стараясь не подавиться снова. Эту кружку, потом еще одну. Нэт терпеливо ждал.
— Посмотри на меня, — попросил он, когда я закончила. — Просто посмотри на меня. Я знаю… моя мать говорила, что ты очень переживаешь, что у нас с тобой до сих пор ничего не было. Мы можем подождать… я не знаю, чего, но вдруг что-то изменится… Но если ты хочешь… — он сглотнул, вздохнул. — Скажи, мне сейчас уйти или остаться?
У меня даже сердце замерло. Страшно. Я должна что-то сказать?
— Остаться, — сказала я шепотом. Хотя в глаза ему все равно смотреть страшно.
— Ты уверена?
Мне все силы пришлось собрать.
— Да, — сказала я. — Мы ведь женаты, и это должно случиться рано или поздно. Лучше сейчас. Сделать это, и уже не бояться.
Он усмехнулся, почти отчаянно.
— Хочешь еще вина? — предложил тихо.
— Нет, у меня и так голова кружится.
— Хорошо… — какое-то время он сидел тихо и неподвижно, я слышала только его дыхание, не решалась посмотреть. — Встань, — сказал он. — Дай мне руку.
Я встала, но руку… Он потянулся, взял меня за руку сам.
— Ой, какие у тебя пальцы холодные… — и чуть сжал мою ладонь в своих, поднес к губам, подышал немного, пытаясь согреть.
Я замерла окончательно. Это было так неожиданно, непосредственно, что я не понимала, как реагировать. У меня губы дрогнули. И тут Нэт осознал, что делает, и что я не из тех девушек, с кем он привык так…
— Прости, — сказал тихо, почти отпустил, но потом передумал. — Подожди, не бойся, я… Я понимаю, что ты очень волнуешься. Но я тоже волнуюсь. Вот… — он все еще держал меня за руку, и вдруг приложил мою ладонь к своей груди. — Я тоже волнуюсь, — сказал он. — Сердце колотится.
Я чувствовала да, как колотится его сердце. Еще быстрее, чем мое. А еще я понимала, что впервые стою вот так, дотрагиваясь до него. Его дыхание под моими пальцами, вдох-выдох. И легкая нервная дрожь, сквозь всю одежду я чувствую…
Он смотрит на меня. Закусив губу, замерев, ожидая чего-то.
А я… ничего не знаю. Не знаю даже, что сказать.
Понимаю только, как щеки начинают нестерпимо гореть.
— Айлин, — тихо, немного глухо сказал он, шагнул ближе так, что теперь я чувствовала его дыхание на своем лбу. — Все хорошо. Я не сделаю тебе ничего плохого. Ты мне очень нравишься, честно. Ты красивая и… Когда я в первый раз увидел тебя, ты стояла у окна, с цветами… ты поправляла в вазе цветы, и солнце так… — он судорожно вздохнул. — Не важно. Я хочу сказать, что ты нравишься мне, и очень надеюсь, когда-нибудь у нас с тобой все будет хорошо. Ты перестанешь меня бояться. Меня не нужно бояться, правда. Я понимаю, что тебе нелегко. Я сам сейчас не знаю, что мне делать, как вести себя с тобой. Очень надеюсь, мы как-нибудь разберемся и… — он запнулся. — Может быть, и правильно не тянуть, и сейчас… И ты поймешь, что ничего страшного нет.
Он замолчал.
Потом наклонился ко мне, осторожно коснулся моего лба губами. Совсем осторожно. Я стояла замерев, не понимая, как себя вести и что сейчас от меня требуется. Нет, я понимала в целом, что делаю люди в постели, и даже видела однажды, как горничная обнималась с лакеем за лестницей, и как она стонала, ей точно нравилось… но я… я ведь не горничная. Моей матери точно не приходилось делать ничего. Если отец хотел, он просто приходил и все брал сам, не интересуясь, хочет моя мать или не хочет.
А Нэт явно ждал чего-то. Я не понимала.
Он попытался поцеловать меня в губы, но тут я замерла еще больше. Потому что совсем не понимала, как целоваться… и можно ли мне, ведь я леди… и… Мне было неловко. Единственное, о чем я думала, так это о том, как бы поскорее все это закончилось. К чему все эти странные действия и слова, когда можно просто…
Нэт понял.
Он положил ладони на мою талию. Потом развернул меня к себе спиной, принялся расшнуровывать мое платье. По тому, как он делал это, было отлично понятно, что делал не в первый раз, у него опыт.
Он снял мое платье, нижнюю юбку. Я думала, он и сорочку мою попытается снять, но он принялся раздеваться сам. Сердито, сосредоточенно сопя. Сапоги бросил в сторону…
Без одежды он казался еще больше. Такие широкие плечи, крепкие руки… У меня в ушах шумело от всего этого, от выпитого вина. И все равно, кроме жуткой неловкости я не чувствовала ничего.
Он снял с меня сорочку, повел на кровать, уложил.
Он честно очень старался быть нежным, пытался поцеловать меня, погладить по волосам, сделать хоть что-то, что не напугает меня и может понравиться. Но от любого его прикосновения меня била нервная дрожь. Я лежала зажмурившись. Неловко, неудобно, странно… немного больно… мне нужно что-то делать или нет?
Не понимаю, как Нэт не сломался тогда и не сбежал.
Но после той, первой ночи, я забеременела и родила Кита. Вот так сразу.
Нэт не сбежал. Остался со мной до утра.
Я помню, как проснулась, поняла, что он на меня смотрит.
Внимательно так смотрит, чуть улыбается.
