- Потому что мне... я... раздражена. - Ложь? Тысячу раз ДА!
- Знаешь, что я думаю? - с сомнением из-под ресниц взглянула на всё также согнувшегося к моей груди Воронцова. - Дело совсем не в раздражении, как ты говоришь. - он котярой выпрямился, золотые искорки стреляли фейерверками в его глазах. - Прикинь-ка: где твои руки?
Черт! Крепко сжаты на его бицепсах, впились ногтями, тянут его еще ближе ко мне!
Я отдернула руки, словно ошпарившись.
- Мне нравится. Не останавливайся.
Перехватил меня за талию, взяв в кольцо, прижимая еще плотнее к своему телу, чем раньше.
- Богдан. Время... - уже на грани, из последних сил держа оборону, шептала я.
- Черт! - повторяет несколько раз, снова и снова, порываясь шагнуть назад, оторваться, но так и остается стоять, зарываясь носом в мои разлетевшиеся по плечам короткие локоны, прижимая меня к себе. Будто он старался насытиться, но ему никак это не удавалось. Невероятное ощущение...- Черт! Ты права.
Не хотелось даже отталкивать его, наоборот, именно такое неприкрытое восхищение и нежность ободрили меня, придали сил, и именно этим он сделал очень много для меня. Но вот Богдан расцепил объятия, встал полу боком, раздраженно прошелся пятерней по собственным волосам, беспощадно расправляясь с элегантной прической, представая передо мной вздорным растерянным мальчишкой, вместо того серьезного рассудительного бизнесмена, которым был еще пять минут назад, до моего появления.
Я же... я испытала необъяснимое потрясение, лишившись его теплого тяжелого тела.
- Пора одеваться. - он помог временно дезориентированной мне с платьем и придержал входную дверь.
Слишком многое требовалось обдумать. А может наоборот, пора позволить себе просто чувствовать? Так ли это плохо на самом деле?
- Славик, перестань все время смотреть в одну точку. Моргни. Не смущайся, не отводи взгляд, ты прекрасно выглядишь, слышишь? Лучше накинь пиджак, прохладно.
- Не волнуйся, я от тебя сегодня ни на шаг не отойду, - чуть позже, в машине, поворачивая ключ, включая мотор: я смущаюсь, кажется, он видит меня насквозь, потому что стоило прохладному вечернему ветру коснуться меня, как наваждение спало, а страхи стали постепенно снова наполнять мою голову.
- Хорошо. - просто отвечаю, старательно успокаиваясь.
Богдан смотрит пристально, цепко, но вместе с тем удивительно ласково.
- Ты очень красивая, Мирослава. - произносит он так, что впору смутиться, но я сейчас готова простить ему все, что угодно, даже такой беспардонный флирт. И потом... этим вечером мы для всех пара. Пора вживаться в роль. Лишь одно правило - не забыться самой.
Как можно счастливей улыбнулась и искренне на выдохе произнесла:
- Спасибо.
Богдан молчаливым уверенным крейсером вырулил на дорогу, а я же глупо млела, чувствуя на его губах легкую улыбку. Просто чувствовать... так сладко.
Знаете, есть такие счастливые мгновения, от которых захватывает дух, но правда в том, что в большинстве своем эти мгновения становятся таковыми лишь благодаря присутствию в вашей жизни одного единственного особенного человека... и что же это значит?
Глава 19
Иногда не договорить, это даже больше, чем сказать лишнего.
Стоянка перед самым большим и фешенебельным рестораном города была заполнена до отказа.
Богдан помог выйти мне из машины, галантно подав руку. Я же вцепилась в нее мертвой хваткой и резко потянула на себя, забуксовав на месте, препятствуя тем самым Воронцову красиво ввести меня в общество.
Скромный благотворительный вечер на деле оказался роскошным приемом, где мужчины были в смокингах, а женщины в модных вечерних туалетах. Если до увиденного у меня еще была хрупкая надежда, что удастся отсидеться где-то в укромном тихом уголке никем незамеченной из гостей и скромно попивать безалкогольные коктейльчики, то теперь об этом и речи быть не могло. Люди были везде, и на нас уже начали заинтересованно оборачиваться, явно узнавая Богдана.
- Может не надо? - выдавила из себя, перепугано таращась на огромное здание перед собой.
- Надо. - сказал, как отрезал, - Мирослава, ничего не бойся. - Воронцов мягко, но непреклонно убрал мои дрожащие ладошки подальше от своего несчастного рукава, в который я так резво и безжалостно вцепилась, старательно комкая. Вложил мою левую руку в свою, правда перед этим, не отводя от меня пристального взгляда, осторожно поцеловал внутреннюю сторону запястья. Мой порывистый вздох... его таинственная улыбка...
Матвеева, возьми себя в руки, на нас же смотрят! Просто сделай это, черт возьми!
И я постаралась.
Обольстительная улыбка кавалеру (на что тот выразительно поднял бровь, мол, молодец-девочка, уже лучше); нежно скинуть несуществующие пылинки с его пиджака; вцепиться в предложенный локоть; томный выдох, и... вперед.
- Умница. И помни, вокруг совершенно обычные люди. А главное, скоро приедут и мои родители, хорошо?
Лучше бы он про последнее ничего не говорил.
Продолжая держать лицо перед публикой, пока мы поднимались по ступенькам к входу в основной зал, нервно зашептала:
