(Мой)Призрак полностью

– Он кое-что украл у нас, поэтому мы должны разобраться с ним сами…

– Не проще ли было бы поймать его с помощью ФБР? – перебила я, не дождавшись полного ответа от папы. – Или, может, стоит опубликовать его фотографию по всей стране и объявить вознаграждение за информацию о его местонахождении?

– Не все так просто, – тяжело вздохнул папа. – Никто никогда не видел его лица… Он всегда носит капюшон и прячет лицо за маской. Этот призрак – опаснейший преступник, с которым сталкивались наши агенты. Он хитер, беспощаден и крайне опытен. Никто не может предсказать его следующий шаг. Нам потребовался целый год, чтобы запечатлеть его на камеру.

Капюшон… маска… А что, если преследователь – это призрак?

Страх охватил меня, словно ледяная волна, и мои руки начали дрожать так сильно, что я была вынуждена спрятать их под стол, чтобы скрыть свое беспокойство от Николаса и папы. Сердце бешено колотилось в груди, как будто стремилось вырваться на свободу. Взгляд неуклюже скользнул по залу, и я почувствовала, что призрак, о котором говорил папа, вот-вот окажется прямо за моей спиной, готовый нанести удар.

– Я хочу увидеть эту фотографию, – уверенно произнесла я, ощущая, как сердце пульсирует в ушах.

Николас посмотрел на меня с явным недоумением. Он откинулся на спинку стула, скрестив руки на груди. Его брови нахмурились, а губы сжались в тонкую линию, выражая скрытую тревогу.

– Ты в порядке, милая? Ты выглядишь бледной.

Я старалась не показывать своего страха, но чувствовала, как он обжигает меня изнутри. Папа немного поморщился, не совсем понимая, чего я хочу добиться этим.

– Все в порядке, – мои дрожащие губы не смогли создать улыбку, несмотря на все усилия. – Просто… мне очень любопытно, как выглядит этот человек.

Под столом мои руки продолжали дрожать, словно сами хотели сбежать. Я сосредоточилась на дыхании, пытаясь успокоиться и прогнать страх, который, казалось, настигал меня.

– Это действительно просто любопытство, или ты что-то утаиваешь? – мягкий, но настойчивый голос папы заставил меня насторожиться.

Мое сердце на мгновение замерло. Взгляд папы был проницательным, как будто он мог читать мои мысли.

– Нет, папа, правда, это просто… любопытство.

В моем голосе слышалось напряжение, и я понимала, что слова могут вызвать подозрения. Но сдаваться было нельзя.

– Эми, ты должна понимать, что на этой фотографии его лицо не видно. Это не то, что ты ожидаешь увидеть, – объяснил папа.

– Папа, пожалуйста, покажи мне эту фотографию, я умоляю, – прошептала я, чувствуя, как дрожь охватывает мои слова, а слезы готовы вырваться наружу.

Папа посмотрел на меня с серьезным выражением, медленно кивнул, осознавая, что моя заинтересованность не исчезнет. Взяв в руки телефон, он нажал на экран, и вскоре передо мной возникло изображение, которое вызвало в сердце бурю эмоций.

Николас подвинулся ближе, его внимание сосредоточилось на экране. Он начал внимательно изучать фотографию. На ней был изображен человек в черном спортивном костюме с капюшоном и маской, его лицо скрыто от посторонних глаз. Снимок, сделанный уличной камерой, оказался размытым, но я разглядела достаточно деталей, чтобы понять – это именно тот, кто меня преследует. Судя по одежде, фотография была сделана вчера.

Чем дольше я смотрела на изображение, тем сильнее охватывала меня дрожь. Пульс учащался, дыхание становилось все более поверхностным. Мысли смешались в голове, пытаясь разгадать загадку этого человека и его намерения.

Почему он следит за мной? Что ему нужно?

Папа молча наблюдал за моей реакцией, видя, как меняется мое состояние под воздействием фотографии. Николас отстранился, откинувшись на спинку стула, его глаза выражали настороженное любопытство, смешанное с беспокойством.

– Ты когда-нибудь видела этого человека раньше? – спросил папа тихим, но настойчивым голосом. – Может, встречала его на улице или в магазине? Если это так, я должен знать.

Моя грудь сжалась, как будто невидимый обруч сжимал легкие, и мне стало очень страшно.

– Нет, – с трудом выговорила я.

Воздух вокруг стал недостаточным, как будто я оказалась в замкнутом пространстве, где не хватает кислорода. Паника поднималась из глубин моей души, заставляя сердце биться все быстрее. Руки дрожали, и я понимала, что должна сдержать этот внутренний хаос, чтобы не вызвать еще большее подозрение у папы.

– Милая, это правда или ты что-то скрываешь от нас? – с настойчивостью спросил Николас.

Он смотрел на меня с таким вниманием, что казалось, будто он проникает вглубь моей души и пытается разгадать мои мысли.

Если папа узнает, что меня уже почти год преследует призрак, он запретит мне покидать дом и окружит его телохранителями, пока не поймает его. Меня это не устраивает!