Это внезапное открытие немало повлияло на ход тренировок. Когда мне удавалось себя разозлить, дела резко начинали идти в гору. Несмотря на продолжающие трястись руки, я всё лучше стреляла, всё крепче держала деревянный меч, и в конце концов Призрак даже доверил мне ножи. Я сама не вполне понимала, как мне удаётся делать хоть что-нибудь, когда руки ходят ходуном. Наверное, это было сродни тому, как быстро и гибко двигался Крис, несмотря на то, как отчаянно он горбился.
К сожалению, вскоре обнаружилось, что разозлить себя не всегда бывает просто. Образы краснолицых пьяных ниоров стирались из памяти, мне был нужен новый источник злости. Он появился очень неожиданно и очень неприятно: однажды прямо в разгар тренировки, на которой я показывала себя далеко не самым лучшим образом, к нам притащилась Малисана.
Уже один этот факт немало раздражал. Мы специально уходили от деревни, чтобы на меня не пялилась толпа наблюдателей, а тут пришла зрительница. К тому же я всё ещё не простила ей те слова.
— Просто не обращайте на меня внимания, — ученица Слышащей широко улыбнулась, сжав губы в тонкую полоску. — Мне стало скучно, вот я и пришла.
Крис не стал отвечать, лишь жестом велел мне продолжать. Моя же меткость стремительно скатилась в ноль, намекая мне, что раздражение и злость — очень разные вещи.
Каждый раз, когда я промахивалась, где-то у меня за спиной сочувствующе вздыхала Малисана. Иногда она выдавала различные замечательные фразы: «Не волнуйся, у тебя получается всё лучше!», «Хочешь, я покажу тебе, как надо?», «Прекрасно для начинающего». Я изо всех сил старалась не отвлекаться на неё, но у меня не получалось. Не помогало даже то, что Крис, словно бы слушаясь первой просьбы Малисаны, не обращал на неё внимания, словно её тут действительно не было. Впрочем, когда после очередного высказывания ученицы Слышащей я натянула тетиву так, что чуть не сломала лук и уронила стрелу, Призрак наконец-то вмешался.
— Малисана, тебе не холодно?
— Нет, я тепло одета.
— И не жарко?
— Не настолько тепло.
— Размяться не против?
— О, я всегда рада показать Ярне, как правильно стрелять!
Прострелить бы ей голову, как несчастному снеговику…
— Как насчёт ближнего боя?
Малисана напряглась.
— Не знаю, я давно не практиковалась, смогу ли я показать Ярне что-то, чего не можешь показать ты?
Она могла сказать что-нибудь более обидное, например что не хочет сделать мне больно, но сказала именно это. Для меня эти слова означали одно: Малисана отнюдь не уверена, что сумеет меня победить.
— Зря не практиковалась. Попроси Варму с тобой позаниматься.
— Ты прав, я так и поступлю. Варма — прекрасная наставница. Кстати, Ярна! — в её голосе я услышала издёвку. — Хочешь, я познакомлю тебя с ней? Насколько я знаю, сейчас не найдётся ни одного человека, кто знал бы тебя достаточно хорошо, чтобы взять в ученицы… Хотя нет, Варма учит искусству воина, а тебе больше подойдёт, например, лекарское дело. Или, если тебе тяжело видеть больных и раненых, наверняка мы сможем найти для тебя хоть что-нибудь!
Перед глазами у меня поплыло. Открыто грубить Малисане я не хотела, но выдавить из себя хоть что-то более или менее безобидное я не смогла.
Спас положение Крис.
— Ей ещё рано об этом думать. Она не будет готова к этой весне.
— Вот как…
— Ярна будет учиться у меня, пока она не догонит школьников, а до этого ей ещё далеко. Так что не торопи события и не отвлекай её от занятия.
Малисана покраснела.
— Прости, я не думала, что мешаю… — она посмотрела на Криса таким щенячьим взглядом, что мне вдруг стало её жалко.
Я никому не пожелала бы влюбиться в бездушного человека, но несмотря на всю жалость, простить ученице Слышащей её нападки на меня не получилось. Решение пришло внезапно.
— Тогда покажи, как ты стреляешь из лука? — я протянула ей своё оружие.
Малисана приняла лук несколько неуверенно, но выстрелила хорошо. Стрела воткнулась в голову снеговика чуть ниже центра метки. Что же, мне оставалось только одно: попасть точно в центр.
— Ты отлично стреляешь! — я постаралась, чтобы мой голос содержал восхищение и только его. — И без тренировок!
Ученица Слышащей снисходительно улыбнулась.
— Это то, с чем каждый из нас рождается.
Я изобразила что-то вроде помеси восторга, понимания и лёгкой печали и взяла лук. В душе заворочалась она: тёплая чёрная ярость, похожая на дикого зверя, та, что успокаивала и давала силы.
Мои руки перестали дрожать. Я с удивлением посмотрела на них, улыбнулась, взяла лук в левую руку и выстрелила. Стрела влетела в центр метки и, пробив голову снеговика насквозь, упала с той стороны. Я замерла, сама не веря тому, что у меня получилось.
Крис одобрительно присвистнул, что фактически означало похвалу. Меня похвалили! Я, не скрывая гордости, покосилась на Малисану: «Ну, что молчишь, подружка, ревность душит?»
Ученица Слышащей и в самом деле выглядела пришибленной, но поднимать мне настроение ещё выше было некуда. В душе ликовал зверь.
— Малисана, смотри! У меня получилось! — я подскочила к девушке и обняла её. — Это всё благодаря тебе, я за тобой повторяла!
