Отчего-то вспомнился тот магический поцелуй. Дрох будто угадал ее мысли: усмехнулся и покачал головой, давая понять, что такого больше не повторится. Жанна вздохнула. Она и сама не понимала, зачем ей нужно продолжение, но воспоминания о теплых губах лорда приходили в голову так часто, что впору было задуматься о влюбленности. Снежинка гнала догадки прочь: два дня — слишком малый срок для подобных вещей, происходящее скорее происки Девы или желание зацепиться хоть за кого-то в незнакомом мире, чем симпатия.
Принесли кувшин с горячей кроваво-красной жидкостью. Слуга разлил пахнущий черноплодкой напиток по кубкам, и Жанна с опаской пригубила. Варево было горьковатым и терпким на вкус.
— Пейте, — улыбнулся Эсхари, салютуя своим кубком, — сваренный сок плодов Вечного древа немного пьянит, но придает сил и помогает обуздать магию.
Жанна снова неловко улыбнулась. Вечное древо росло там, где боги раздавали телам души, и мысль о его плодах рождала благоговение, никак не желание выпить. Мужчины же остались невозмутимыми: в этом доме, похоже, сок был дежурным утренним напитком.
Наконец трапеза подошла к концу и Дроаз, одарив обманчиво-мягкой улыбкой, увел Жанну из столовой в сторону, как он выразился, «парадного крыла».
Они шли по широкому длинному коридору, отделанному кипенно-белым гладким камнем, и Жанне казалось — пространство вокруг дышит как живое. В закрытых окнах чувствовалось движение, а потолок с каждым шагом Дроаза и его спутницы будто поднимался выше, визуально делая коридор уже и длиннее.
— Не бойтесь, — поспешил успокоить молодой лорд, — наш замок — сам по себе воинственное существо, последний бастион Перекрестка, но дом никогда не нападает первым. Так что вы в безопасности, пока не решите атаковать его.
— Хотелось бы верить, — Жанна вздохнула с облегчением. — Даже в нашей академии я не чувствовала магии столько, сколько тут. Кажется, чтобы совладать со всем, нужно быть полубогом, не меньше.
— Отец бог на четверть, — ухмыльнулся Дроаз. — А мы с братьями на одну восьмую.
Остановился у огромной двустворчатой двери из пахучего дуба, посмотрел на снежинку и подмигнул.
— Первый зал на нашем пути танцевальный. Очень красивый. Без него в другие залы не попадешь, но войти можно, только поцеловав спутника на пороге. Готовьтесь!
Жанна еще успела подумать, что Дроаз даже не попытался спросить ее согласия, когда его губы решительно накрыли ее рот.
От молодого лорда пахло соком плодов Вечного древа, поцелуй был вяжущим, терпким, но приятным. Губы Дроаза гладили уверенно и умело, а язык проворно хозяйничал на чужой территории, не позволяя Жанне даже подумать о возможности отделаться беглым дружеским лобызанием. Кажется, маг даже обнял снежинку, но ей хоть и нравился его напор, растворяться в ласке не хотелось. Покорно переждав один поцелуй, Жанна отстранилась, не позволяя мужчине еще раз коснуться ее губами.
— Теперь мы можем войти? — деловито поинтересовалась она, давая понять, что не настроена на продолжение.
— Да, — усмехнулся Дроаз и распахнул перед снежинкой обе створки двери.
Жанна ахнула и, сама того не замечая, схватилась за руку спутника. Зал перед ними казался бесконечным. Пол из нежно-серебристого камня уходил куда-то вдаль, изрезанные дверьми и огромными окнами стены из голубого мрамора неизвестно где начинались и нигде не заканчивались, а огни на высоком, расписанном крупными хищными цветами потолке светили ровно так, чтобы не дать разобраться в геометрии помещения.
— Магия? — еле слышно поинтересовалась Жанна. Показалось вдруг, если стены услышат ее, они накинутся на разоблачителя и раздавят в своих каменных объятьях.
— Особенности Перекрестка, — Дроаз осторожно погладил ее руку. Жанна испуганно одернула ее, чужое тепло неприятно обжигало. — Этот зал существует во многих мирах одновременно и оттого кажется немного несуразным. Однако стоит только начать танцевать, ступить на дорогу, принадлежащую определенному миру, все встанет на свои места. Хотите попробовать?
Жанна усмехнулась. Она окончательно перестала понимать, что происходит. Ей обещали рабочий контракт, но мужчины, похоже, с молчаливого согласия лорда-хранителя ухаживают за ней. Зачем? Вряд ли кому-то из них нужна супруга, да и она не жаждет связывать себя узами брака. В отголосках памяти хранились воспоминания о предыдущих жизнях, и снежинка не улавливала в браке как таковом хоть каких-то преимуществ для мага.
Одернула себя: не в постель же ее зовут! Улыбнулась и повернулась лицом к мужчине, вставая в пару.
— Хочу! — выпалила решительно, позволяя закружить себя в тягучем глухом вальсе.
Сначала казалось, она слышит только их шаги, а потом откуда-то сверху послышался плач неизвестного Жанне инструмента. Повинуясь умелым действиям партнера, позволяя ему вести их по залу, снежинка подняла лицо к потолку и будто растворилась в ставших ласковыми разноцветных огнях. Ничего не осталось, только мысленное «раз-два-три, раз-два-три, раз-два-три» и далекий мягкий свет незнакомого мира.
