Я же вдруг замечаю на столе на кухне бутылку дорогого французского шампанского, два бокала, букет моих любимых цветов в вазе, какие-то деликатесы на тарелочках и тоже в ужасе понимаю, что Глеб, на самом деле, готовился провести со мной романтический вечер… неужели я, действительно, в порыве страсти произнесла имя другого мужчины⁈
Я поплотнее запахиваю на себе халат и присаживаюсь на стул. Глеб машинально делает то же самое, только на нём нет халата. На нём нет ничего.
Чувствую, как распирает правую скулу и начинает заплывать правый глаз.
— Т-ты хотел с-сегодня купить свежего мяса, — вопросительно смотрю на мужа.
— Что⁈ Мяса? Да, я купил, оно в холодильнике, — растерянно смотрит на меня Глеб.
— Дай мне, пожалуйста, кусок мяса побольше. И налей шампанского, — негромко прошу я, чувствуя, как меня начинает отпускать.
Глеб кидается к холодильнику и подаёт мне кусок начинавшего подмерзать мяса. Я тут же прикладываю его к распухшей скуле и слежу за тем, как мой муж дрожащими руками разливает в два бокала шампанское. Затем протягивает мне один из бокалов: — Владочка, если сможешь, прости меня. Я не понимаю, что на меня нашло. Никогда со мной такого не было, я сам в ужасе от того, что натворил сейчас.
Я, молча, делаю глоток вкусного шампанского, потом второй. Глубоко вздыхаю и продолжаю молчать. Я просто не знаю, что сказать. Если это правда и я, действительно, в разгар процесса произнесла имя Льва Романовича, то Глеба оправдает любой суд присяжных. И я знаю своего мужа, он никогда не поднимал на меня рук. Значит всё было так, как он говорил и я получила за дело. Чёрт, какая же дурацкая, нелепая ситуация! Не понимаю, как вести себя дальше. Конечно, мужчина должен оставаться человеком и держать себя в руках. Но статью о состоянии аффекта тоже не на пустом месте придумали.
И тут я не нахожу ничего лучше, как признаться Глебу во всём:
— Ты прав, Глеб. Наш главврач Лев Романович стал проявлять ко мне определённый интерес и мне он понравился… очень понравился…
— Я так и подумал! — в сердцах восклицает мой муж и тоном обиженного мальчика добавляет: — Всё же мама как была права!
— А причём здесь твоя мама⁈ — я обескураженно смотрю на Глеба.
— Помнишь тот вечер, когда ты нам показала своего главврача на сайте?
— Помню и что?
— В тот же вечер мама сказала, что ты, явно, неравнодушна к этому главврачу. Ты же знаешь мою маму, — смущённо произнёс Глеб.
— Допустим, так почему же она тебе не сказала сразу разводиться, раз она у тебя такая догадливая? — с сарказмом спросила я, допив бокал шампанского. Глеб тут же доливает мне доверху и пожимает плечами: — во-первых, из-за Егора, во-вторых… — неожиданно он замолкает, словно раздумывает о чём-то
— Ну и что во-вторых? — с сарказмом спрашиваю я его и поправляю на правой щеке кусок мяса. Салфеткой протираю подтекающую по шее сукровицу.
— Во-вторых, меня направили наконец-то в Канаду, а поехать туда я могу только с семьёй, — просто ответил он и вздохнул. — Как всё глупо получилось… Вот мама и сказала, чтобы я за тобой побольше поухаживал, чтобы у тебя не было времени на посторонние мысли. Она сразу поняла, что ты заинтересовалась этим вашим главным врачом.
— Подожди, так все вот эти твои ухаживания в последние дни это всё по подсказке твоей мамы⁈ — неожиданно осенило меня
— Ну, да. А что такого? — пожал плечами Глеб. — У мамы большой жизненный опыт.
— Офигеть! Глеб, а ты вообще-то любишь меня? Ты зачем женился на мне? — я в упор уставилась на мужа.
— Так мне нужно было жениться. Рано или поздно меня назначили бы куда-нибудь по дипломатической части и у меня уже должна была быть семья, — просто пояснил он.
— У тебя же отбоя нет от женщин. Почему ты выбрал именно меня — простую медсестру с обычной внешностью?
— Потому что мне одобрили именно твою кандидатуру, — с лёгким раздражением ответил Глеб и залпом допил шампанское из своего бокала.
— В смысле — одобрили? Кто одобрил⁈ — опешила я
— Наша служба безопасности. Я тебе тогда говорил, что все жёны наших проходят спецпроверку. Мне одобрили твою кандидатуру по всем параметрам, и я женился на тебе, — поморщился Глеб и встав со стула направился в комнату: — Я пойду, пижаму надену, а то холодно так сидеть.
Ошарашенная я осталась сидеть на своём месте. Вот и всё выяснилось, почему такой перспективный красавчик как мой муж женился на скромной медсестре из обыкновенной семьи без особых званий и регалий. Потому что её пролетарская биография не была ничем не опорочена: ни связями, ни взглядами, ни убеждениями. А я-то уж решила, что во мне есть что-то особенное, необыкновенное, что привлекает даже таких выдающихся мужчин. А ларчик-то так просто открывался!..
Я положила кусок мяса на стол и обхватила лицо руками. Видимо, всё-таки лёгкое сотрясение мозга от удара кулаком по голове я получила, потому что мысли у меня в голове путались, да и голова начала кружиться.