Приняв душ и съев бутерброд с чаем, я вошла в нашу спальню и с наслаждением растянулась под одеялом. Мысли мои раз за разом возвращались к вчерашней встрече у шлагбаума с Львом Романовичем… ведь ежу понятно, что не просто так он выкинул тот фортель… и этот взгляд, от которого у меня в голове прямо вулкан взорвался… Лев, Лёва, Лёвушка. Да Лёвушка мне больше нравится… с этими мыслями я проваливаюсь в глубокий сон.
Сквозь сон я не сразу почувствовала прикосновение прохладных пальцев к моей коленке, торчащей из-под одеяла. Пальцы, поглаживая кожу, медленно двинулись вверх вдоль бедра. Сладкая истома стала разливаться по моему телу. Вот страстный поцелуй закрыл мне рот и широкая мужская ладонь легла на грудь, сжимая её. В комнате стоял полумрак и только свет от уличных фонарей чуть освещал её.
— Повернись ко мне, любимая. — прошептал мужской голос, и приятная тяжесть мужского тела распластала меня под собой. раздвигая мои бёдра и закидывая мои ноги к себе на плечи.
— М-м-м. — вытягиваюсь я в сладострастной истоме, ощущая, как медленно входит в меня горячий, набухший член. Глеб придерживает меня за бёдра и, совершая поступательные движения тазом, всё глубже и глубже вводит в мою влажную вагину своего дружочка. Вот Глеб бережно опускает мои бёдра на постель, обхватывает губами сосок моей левой груди и начинает слегка покусывать его. Пальцы правой руки добираются до моего клитора и принимаются нежно теребить его. При этом каждое поступательное движение члена во мне вместе с разрядами тока, идущие от клитора, вызывают такую волну оргазма, что я, будучи не в силах терпеть, мотая головой по подушке, начинаю умолять: — Да-да-да, ещё, ещё, сильнее Лёвушка! Ещё сильнее, Лёвушка!!
— Что?!! Какой ещё Лёвушка⁈ — с этими словами мужчина вскакивает с меня и схватив меня за плечи начинает с силой трясти, выкрикивая мне прямо в лицо: — Что это было?!! Это тот Лёвушка, что теперь у вас главным врачом?!! Что ты молчишь, потаскуха⁈
Неожиданно две сильные пощёчины обжигают мои щёки, и я машинально начинаю прикрывать голову руками: — Глеб, что с тобой⁈ Прекрати немедленно! Тебе всё послышалось…
— Ты что — за дурака меня считаешь⁈ Ещё и сопротивляешься! — мои попытки защититься только разозлили моего мужа, и он впервые в жизни начинает избивать меня. Стащив с кровати на пол, Глеб в ярости пинает меня по голове и по всему телу. Свернувшись в клубок, я прикрываю руками голову и вскрикиваю каждый раз, когда его нога больно бьёт меня по спине и по ногам.
— Шлюха! Проститутка! Гадина! Будь ты проклята! — Глеб резко хватает меня за плечо и размаху бьёт кулаком прямо по голове, и я отключаюсь.
Прихожу в себя от того, что мой муж, стоя передо мной на коленях, осторожно прикладывает к моей правой скуле что-то ледяное в целлофановом пакете. Скула болит, чувствую, как по губе стекает что-то тёплое.
— Как ты могла, как ты могла, Владочка⁈ — чуть ни плача. шепчет он, бережно обтирая мне лицо. — Девочка моя, зачем, ну, зачем ты это сделала⁈
— Ч-ч-то я тебе сделала? — стуча зубами от пережитого, шепчу я в ответ, начиная ощущать боль во всём теле.
— Как что⁈ — Глеб от возмущения даже перестал прикладывать лёд к моему лицу. — Ты изменила мне!! Ты мне изменила! — раздельно по буквам процедил он сквозь зубы и в его глазах блеснула ярость.
Я испугалась, что он опять начнёт избивать меня и, прикрывая руками голову, заскулила: — Я не помню, Глебушка. Я ничего не помню. Но мне очень больно. Пожалуйста, не бей меня больше…
Глеб неожиданно вскочил на ноги и выбежал из комнаты. Я с трудом поднялась с пола и, накинув на себя халат, превозмогая боль во всём теле пошла в ванную комнату. Проходя мимо кухни, я увидела краем глаза, что Глеб стоит у окна и с кем-то разговаривает по телефону.
Войдя в ванную комнату, я заперлась на замок изнутри и сняв халат, посмотрела на себя в зеркало. Зрелище было довольно жалкое: встрепанная, избитая женщина, правый глаз заплывал багрово-синим пятном. На теле тоже багровели следы от ударов, но рёбра, вроде, остались целы…
«Егор! А где же Егор⁈» — неожиданно осеняет меня и я, вновь набросив на себя халат, выхожу из кухни и сталкиваюсь нос к носу с Глебом. Он в ужасе смотрит на меня и от бессилия и ярости стискивает кулаки.
— Г-г-где Егор? — стуча зубами, в упор спрашиваю его я. Адреналин, гуляющий в моей крови, заставляет дрожать всё моё тело крупной дрожью.
Глеб неожиданно крепко обнимает меня и шепчет: — Прости, прости меня! Прости меня, Владочка! Я не имел права, Прости меня, моя девочка!
— Г-где Егор? — повторяю я свой вопрос, пытаясь освободиться от его объятий. Мне так больно, когда он меня прижимает к себе.
— Он у твоей мамы. Я хотел сделать нам сюрприз. Хотел устроить романтический вечер. Попросил твою маму забрать его на сегодня к себе, — почти бессвязно пробормотал Глеб. Увидев, что он натворил, Глеб, по-моему, пришёл в ужас.