Стоя в тени с другой стороны поляны, он видел, как парни, пару секунд потоптавшись на месте, выискивая его глазами, позвали Лекс и исчезли за деревьями. Брюнет постоял некоторое время, не двигаясь, потом посмотрел на небо: солнце, все еще теплое и яркое медленно клонилось к горизонту, что казалось невозможным, ведь они не могли же быть под землей весь день? Достав телефон, он обнаружил, что уже начало шестого, однако даже эта новость не изменила выражение его лица. Равнодушно убрав мобильный в задний карман джинсов, он пошел по лесу, особо не думая, куда направляется, и в каком месте вообще находится. Слепо натыкаясь на деревья и кусты, парень просто шел без цели, постоянно что-то бормоча под нос и хмурясь, его шоколадные глаза смотрели под ноги, но между тем они видели только размытую пустоту и ничего конкретного. Разговаривая сам с собой, он пытался сложить кусочки паззла, который являлся его жизнью, но ему не хватало, по крайней мере, половины кусочков, он напрягал память, уговаривал, требовал, приказывал себе вспомнить, но все оставалось прежним: он помнил девчонку, но только ссоры и перебранки с ней, ее постоянные крики о ненависти и неприязни, его равнодушие... Но... Неожиданно осознание осветило его лицо, и Брайан, резко сорвавшись с места, побежал в сторону ближайшего открытого пространства. Как ни странно, им оказался уже знакомый утес, который он бы мог назвать своим вторым домом, потому что он проводил в этом тайнике природы практически половину своей жизни, скрываясь от любопытных и назойливых глаз. Остановившись на краю, брюнет посмотрел на водный поток, сильный, ледяной ветер взметал его темные волосы, заставил куртку отлепиться от тела, оголяя участок бедра и морозя кожу. Солнце скрылось за это время, оставляя только багрово-красные облака и бешеные вихри на краю земли, с легкими, золотисто-охровыми краями. Парень развернулся, не пытаясь убрать лезущие в лицо волосы, его лицо перекосилось от гнева, он собрал всю свою мощь и громко закричал, не жалея голоса.
– ПОКАЖИСЬ!, – стараясь перекричать рев стихии, он кричал раз за разом, оскалившись и прищуря разозленные глаза.
Когда голос стал садиться, а легкие ныли и молили на коленях о пощаде, сзади послышался ленивый, растягивающий слова голос и трепыхание плаща.
– Тебе бы следовало уже обернуться, Хранящий, – резко развернувшись на каблуках, не заботясь о близости уклона, отбросив волосы с лица, Брайан с ненавистью посмотрел на демона, который внимательно следил за его движениями, слегка прищурив багровые глаза.
– И давно ты тут стоишь, тварь?, – сдерживая гнев, прошипел он как можно тише, сжимая кулаки.
– Достаточно, чтобы понять, что ты далеко не в отличном настроении, – последовал сухой ответ, – и меня звать не нужно было, я и так должен был найти тебя, для разговора. Я узнал, что ты был готов стать партнером Нити, – демонические глаза недобро блеснули и сощурились, – надеюсь, ты понимаешь, что когда мы с тобой заключали сделку, я четко сказал, что это будет первая и последняя твоя сделка с потусторонним миром. Мне соперники с обладанием твоей Силы не нужны.
– Ну, прости, – отмахнулся парень, – это был единственный выход, чтобы спасти моих друзей, и в это мгновение мне было глубоко срать на то, что тебе нужно, а что нет. Между тем, я позвал тебя не для этого.
– Я уже понял, – процедил кисло демон, его губы сжались в длинную, тонкую линию.
– Я хотел сказать тебе кое-что..., – миновав метры, разделявшие их, Брайан со всей силы ударил мужчину кулаком в грудь, заставляя того отступить, – хотел сказать, что ты придурок! Как ты посмел забрать мои воспоминания об Алексис?! Как ты посмел?!
– Хей!, – вскинул руки демон, отбрасывая парня назад, – вообще-то, мы с тобой договорились. Ты сказал, что тебе не нужны твои воспоминания, и что я могу брать любые!
– Но не все! Ты, мразь, забрал все мои хорошие воспоминания о ней! Я ничего не помню, кроме вечных раздоров!
– Но тебе же все равно! И на нее, и на воспоминания о ней! И что, что их нет в твоей голове?
– И что?!, – взвился Брайан, со всего размаху отправляя в грудь противнику вихрь чистой тьмы, – она беременна от меня, а я этого не помню! Ты понимаешь, в каком я дерьме?! Я чуть с ума не сошел, когда мне сказали, что она беременна! А оказывается, что это, видите ли, я ее … пометил!, – надрывался он, попросту тратя силы, метая шары раз за разом, которые демон с легкостью отбивал. Но ему было все равно: ему просто нужно было выплеснуть свой гнев, злость и отчаяние.
Спустя десять минут брюнет, вытерев вспотевший и грязный лоб, запустил руку в волосы, тяжело дыша. Мужчина в этот момент как-то странно смотрел на него, у людей это называется «сочувствие», но он ведь не человек... Наконец, выдохшись и почувствовав себя лимоном, который запустили в мясорубку, парень выдохнул и уже спокойнее посмотрел на противника, уже молча.
