– Проходи смелее, – от спокойного голоса, ворвавшегося в благоухающую тишину, она вздрогнула и замерла, прижав руку к груди, – не стой, раз пришла, – «раскомандовалась тут», пронеслось в мозгах, и, выдохнув, брюнетка прошла внутрь не очень большой комнаты. Тысячи разноцветных стеклышек и камешков разной формы и величины свисали с потолка, переливаясь от солнечного света, каким-то образом пробивающегося кое-где из-за прорезей в тканях; ковры всех окрасок и размеров; стульчики, пуфики, скамеечки, диванчики... Повертев головой, Лекс наконец увидела ту, что восседала посередине всей этой пестроты. Нельзя было дать гадалке больше сорока, но ведь по ним точно никогда не скажешь? Около двадцати ожерелий обвивали ее мощную шею, столько же браслетов и колец было на каждой руке; на голове – нечто похожее на арабскую чалму, обвитое бисером и крупными бусинами; большие, почему-то казавшиеся фиолетовыми глаза были густо обведены черным карандашом. Сидя в позе лотоса, женщина не отрывала от вошедшей сосредоточенного взгляда, не меняя положения и даже не моргая. Сглотнув, девушка подошла ближе и встала в паре метров от гадалки, но стоило только открыть ей рот, как она перебила ее:
– Хочу сразу сказать, что я заранее не верю ни во что, что Вы захотите мне сообщить, но не волнуйтесь — Вы получите те деньги, которые положено за Ваш аттракцион, – гадалка улыбнулась, кивая головой.
– Не поверите, но это первые слова большинства, приходящего ко мне. 80% процентов так говорят. Между тем, Вы все равно тут.
– Друзья затолкнули, – пренебрежительно передернула плечом Лекс, оглядываясь через плечо и чувствуя себя неуютно.
– И такое бывает, – вновь кивнула женщина, наклонив голову, – но, если Вы не против, я бы сказала, что беременным лучше не приходить в подобные места. Особенно в самом начале срока, – девушке показалось, что ей перекрыли воздух, и она перевела удивлённые глаза не невозмутимую женщину. Помолчав немного, она тихо произнесла, справляясь с волнением.
– Это … это может быть обычная женская психология... Существуют методы, чтобы узнавать о … о беременности внешне..., – эти слова были сказаны скорее, чтобы успокоить саму себя, чем обвинить прорицательницу.
– Не могу не согласиться, – улыбнулась та и указала подбородком на пуфик, находящий ближе всего к столу, за которым она сидела. Подумав минуту, брюнетка медленно опустилась на плюшевое сиденье, нервно перебирая руками складки юбки, – ты не бойся — я тебя не сглажу, я не из таких.
– Сглазить?.., – прошептала Лекс, округляя глаза.
– Есть такие, которые из чистого удовольствия портят молодым счастье, заранее накладывая порчу на не родившееся дитя. А мне симпатичны Вы, да и Ваш мальчик тоже, хорошим человечком будет...
– Мальчик?!, – перебила ее брюнетка, приподнявшись на шатающихся ногах и вцепившись руками в края столика. Около минуту никто их них не проронил ни слова, гадалка вглядывалась в ее лицо, а девушка пыталась справиться с дыханием. Потом она тяжело упала на кресло, закрыв лицо руками, и беззвучно заплакала, ее плечи задергались.
– Вы не знали?.., – тихо спросила гадалка, с какой-то немой болью глядя на нее, выражение ее лица с равнодушно-спокойного стало сочувствующе-встревоженным.
– Нет..., – сквозь слезы выдавила брюнетка, вытирая слезы ладонью. Женщина мгновенно протянула ей платок, подсаживаясь немного ближе и меняя своя «профессиональную» позу на более живую, – … еще маленький срок...
– Да … около месяца?, – гадалка осторожно коснулась ее волос. Девушка подняла на нее красные глаза и кивнула, – и ведь ты не хотела … , – шептала женщина каким-то дрожащим голосом, – вы оба не хотели … это случайно получилось … и вы оба жестоко поплатились … У него … у него тяжелый характер, и он не … не принял?, – еще один кивок и новый наплыв слез, – не понял... испугался … а ты … ты решила … решила оставить и быть одной … Но кто-то предложил помощь, – она слегка тряхнула головой, глядя на меняющееся лицо девушки, – друг … друг пришел на помощь … обещал, что поможет, не бросит..., – «да, да!», кричали эти глаза, и брюнетка схватила гадалку за руки, глядя в ее лиловые глаза. В какой-то момент их взгляды столкнулись, устремляясь друг в друга. Нечто похожее на электричество разорвало атмосферу, и прорицательница, охнув, вдруг отскочила в сторону, уронив вазу и свой гадальный шар. Замерев около противоположной стены и прижав руку к груди, чтобы успокоить тяжелое дыхание, она смотрела на ошарашенно взирающую на нее Лекс. Спустя целую минуту, показавшуюся годом, женщина поправила выбившиеся волосы и, приняв прежнюю позу, произнесла монотонным голосом, – Ваш сеанс окончен. С Вас пять долларов.
– Подождите!, – опомнилась брюнетка, вскакивая на ноги и нависая над ней, – Вы что-то недоговариваете! Что это? Что Вы увидели? Узнали? Что? Скажите мне!
– Все, что я видела, я Вам сказала, – с нажимом ответила та, сверкая глазами, – мне больше нечего Вам сказать. Заплатите и зовите следующего. У меня скоро перерыв.
