– Нет, – твердо, надрывающимся голосом произнесла Лекс, упираясь руками в стол, – я знаю, что Вы что-то увидели. Относительно моего будущего. Скажите, прошу, скажите, что Вы увидели...
– Не все, что мы видим, является правдой, и не все предстает таким радужным, – тихо ответила гадалка, поникнув и с тоской поднимая на нее поблекшие глаза, – лучше не знать плохого, чтобы не спровоцировать его.
– Пожалуйста … , – повторила брюнетка, сжимая ее руку, – скажите: что Вы увидели? Что Вы видите, глядя на меня? Что?, – еще полминуты прорицательница молчала, поджав губы и с болью глядя в бездонные синие глаза. Потом кивнула, опустив глаза на мгновение.
– Смерть. Я вижу смерть. Ее … ее так много … и она так близко … Я … я вижу, как многих … как многих ты потеряешь, сколькими пожертвуешь … Но и собой... Ты теряешь себя, ты уже начала терять саму себя … Не поддавайся, ни в коем случаи не поддавайся Им... Ни-ког-да, – твердо произнесла она, взяв девушку за подбородок.
– Им? Кому? Кому «им»?
Но тут раздались какие-то крики и шум вне палатки, не дав гадалке ответить. Мгновенно вскочив на ноги, обе бросились в разные стороны: женщина скрылась за каким-то покрывалом, исчезая за мгновение, а Лекс бросилась в сторону туннеля, путаясь в развевающихся тяжелых тканях. Оказавшись снаружи, она увидела, что люди в панике бегут в разные стороны, сбивая друг друга с ног и вопя. Сильный ветер трепал разноцветные флаги, все вокруг кружилось и смешивалось в одну, большую дымку. Девушка замерла, убирая волосы с лица и, щурясь, пыталась разобрать хоть что-то.
– Чак! Айзек! Алан!, – выкрикивала она, надеясь, что они где-то тут, – Чак! Чак! Пожалуйста, Чак! Айзек! Алан!, – повторяла она, боясь отойти от стены, опасаясь, что ее снесет неконтролируемая толпа. Она кричала и кричала до тех пор, пока не сорвала горло, но и тогда не сдалась, потому что не хотела сдаваться. Раз за разом набирая в легкие воздуха, она звала друзей, шарила глазами по толпе, но видела только несущийся потом людей, которые верещали, как загнанные в угол животные, и бежали, не разбирая дороги.
Какой-то мужик пробежал прямо около Лекс, зацепив ее острым локтем. Буквально в последнее мгновение она успела развернуться, прижимая руки к животу, принимая удар на руку. Ей почудилось, что что-то хрустнуло, но она настолько была вовлечена в витавшее в воздухе безумство, буквально чувствуя его на языке, что даже не додумалась проверить, что это было, продолжая защищать того, кто еще не скоро родиться.
«Я защищу тебя. Защищу. Я должна...», шептала она комочку, которому, наверное, было страшно в это мгновение, «я должна … должна … должна...»
Сознание медленно покидало ее, и брюнетка из последних сил прижималась к шатру, обнимая себя и щурясь от пыли, продолжая порой кричать, но все так же безуспешно. В какой-то момент, когда ноги уже практически подогнулись, девушка почувствовала прикосновение к ее плечу. Две теплые руки развернули ее, а потом подняли ее, заставляя стоять. Сфокусировавшись, она уловила знакомые нос и губы.
– Бр...брайан?, – выдавила она, цепляясь за крепкие мужские плечи. Теперь мелькнула улыбку.
– Я тут, котенок. Кто ж еще? Хей, ты как? Цела?, – спросил он, ощупывая ее, стараясь сильно не нажимать.
– Что-то … хрустнуло … но мне не больно, – лепетала она, стараясь шире открыть глаза, – люди … бегут … бегут люди … почему?
– Нашли два трупа прямо посреди парка, – последовал ответ, и парень тверже поставил ее на ноги, удерживая за руку, – слушай меня очень внимательно: мы сейчас в самом эпицентре всего этого дурдома, и нам срочно нужно отсюда валить. Как можно скорее. Я бы взял тебя на руки, но это будет опасно, поэтому крепко держи меня за руку, слышишь? Держи меня за руку, и я вытащу тебя. Хорошо? Поняла?, – она слабо кивала, за что была вознаграждена еще одной улыбкой, – вот и умничка. Держишь, мы выберемся, все будет хорошо. Так, на счет три, окей? Раз, – «раз», мысленно сосчитала вместе с ним Лекс, до боли сжимая его горящие пальцы, – два, – «два», – три, побежали!, – и он рванул с места, крепко держа ее за руку, не выпуская ни на мгновение. Они побежали в противоположную сторону, натыкаясь на людей, которые шли им прямо в лоб. Брайан то и дело менял направление, резко поворачивая то в одну, то в другую сторону, уворачиваясь от людей, а порой и отталкивая их, убирая с прохода. Людей было такое количество, что было непонятно, почему они до сих пор не выбрались с территории парка.
Они бежали около десяти минут, когда нога Лекс зацепилась за край какого-то аттракиона, и она остановилась, выпустив руку Брайана. Тот мгновенно обернулся, протягивая ей руку, но она покачала головой, опуская на колени и закрыв лицо.
– Я не могу … Не могу больше … Люди … много людей … Я устала … Иди сам …
