– Не буду.., – прохрипел он, облизав губы, положил руки ей на щеку, сжимая пальцы в кулак, призывая свою волю, стараясь противиться животному магнетизму, который наэлектризовал их тела, притягивая их друг к другу, – не … буду.., – повторял он, будто стараясь убедить самого себя. Понимая, что практически победила, брюнетка прямо перед лицом возбужденного парня прикусила нижнюю губу, прекрасно помня, как это на него влияет, а потом, прижавшись к нему, легко коснулась его губ и провела языком по плотно сомкнутым, дрожащим губам. Что-то щелкнуло в воздухе, и он ответил, просто не сдержавшись, он отпустил себя, всего на мгновение.
И этого было достаточно. Лекс воспользовалась его слабостью, вцепившись пальцами в его волосы, обхватила его бедро ногой, водя ею вверх и вниз, одновременно углубляя поцелуй, уничтожая границы, которые они с таким усердием сооружали все это время. А Брайан … он просто отключился в тот момент, когда язык девушки столкнулся с его языком, он забыл о том, где они, кто они, что происходит в мире, о том, что он натворил, что она творит... Он забыл про разум, нажал на кнопку, запрещавшую ему твердить «нельзя», и ринулся навстречу этому желанию, скользя рукой по телу девушки, исследую черты, которых так давно не касался, его рот жадно целовал ее губы, показывая свою власть, доминируя и управляю ситуацию. Брюнетка поддавалась ему, разве что не давая остановиться – каждый раз, когда она чувствовала, что он замедляется, она проводила ногтями по его коже или слегка кусала за подбородок, вновь заводя его. В какое-то мгновение Лекс начала пятиться, тяня Брайана за край футболки. Он шел за ней, стараясь не отрываться от ее тела. Шаловливые женские пальчики забрались под его одежду, задирая кофту и поднимая ее все выше и выше и, в конце концов, отбросив ее в сторону, куда-то в угол, стали скользить по уже знакомым мускулам, ни на секунду не разъединяя губы. Брюнет сделал еще шаг вперед, и они упали на кровать; девушка оказалась снизу, извиваясь под приятной тяжестью мужского тела, удерживая его за талию. Жадные мужские губы скользнули ниже с губ, зажигая щеки, подбородок, шею, плечи, потом руки решительно рванули майку вверх, оставляя ее где-то под головой брюнетки. Губы поползи ниже, исследуя красно-черный лифчик, вздымающуюся от тяжелого дыхания грудь и плоский, еще прежний живот. Девушка провела ногтями по его спине, доставляя некую сладкую боль, потом опустила их ниже, цепляясь за шлевки брюк, пальцы щелкнули резинкой боксеров. Их губы сталкивались раз за разом, будто намереваясь проглотить друг друга, парень то оттягивал нижнюю губу брюнетки, всасывая ее в себя, то прикусывал ее, заставляя женское тело выгибаться. В который раз спускаясь губами от шеи к низу животу, брюнет ухватился за молнию джин Лекс, и та приподняла бедра, чтобы ему было удобнее. Наткнувшись на какой-то дефект, Брайан рванул сильнее, молния взвизгнула и поддалась, сползая ниже. Он провел носом по краю трусов, а девушка, потянувшись, вновь запустила руки в его кудри, будто хотя вырвать их. Парень рыкнул, стягивая ее джинсы до колен, веря пальцами по нежной коже ног, а брюнетка, снова приподнявшись, протянула руку к его брюкам. Из-за электричества, витавшего в их тела и подстегивающего их страсть, стали мигать лампочки, заискрили электроприборы, и от ноутбука пошел легкий дымок. Именно этот запах и остановил время. Брайан шумно выдохнул и замер, зависнув на месте. Тяжелое дыхание вырывалось из приоткрытых губ, обнаженная грудь высоко вздымалась, руки безжизненно повисли, шоколадные глаза медленно скользнули вниз, на распростертую под ним брюнетку в сексуальном нижнем белье. Он тряхнул головой, стараясь сфокусироваться, мозг снова заработал, разум, подававший все это время сигналы sos, завопил громче, буквально разрушая его голову. Парень вскочил, схватившись за голову и стиснув зубы.
– Черт. Черт. Черт! Твою мать!, – проорал он, со всего размаху врезая кулаком по стене, раздирая кожу до мяса, – твою мать! Фак!, – он кричал и кричал, вцепившись, как раньше девушка, в волосы и мотая головой. Лекс поднялась, позволяя джинсам упасть на пол, ее глаза, переливаясь огнем, в упор смотрели на него.
– Ты понял? Просто пойми, признай: ты хочешь меня, ты не можешь жить без меня. Пусть не без меня, но без моего тела. Признай! Тебе же будет проще!
– Нет!, – он прервал ее, повышая голос, – нет, нет и еще раз нет! Это ... это все ты! Тебе невдомек, что ты творишь, тебе лишь бы утолить желание своего похабного тела!
