– Хватит врать! – Он впервые повысил на меня голос. Отпрянул от меня и сунул руку в растрепанные черные волосы. – Перестань мне врать, Даллас. Я подслушал, как ты говорила сестре, что ненавидишь меня. Как хочешь, чтобы я обрюхатил тебя и ты смогла поскорее вернуться домой.
– Господи. – Я запрокинула голову и выдавила смешок. – Я солгала ей, Ромео.
– Зачем?
– Она узнала, что мы занимаемся сексом. Мои простыни все пропахли нашим запахом. Мне пришлось придумать отговорку о том, почему я пускаю тебя в свою постель. Я не доверилась ей. А у меня никогда не было секретов от Фрэнки. Она почувствовала бы себя обманутой и отвергнутой. Обиделась на меня. – Я никогда даже не задумывалась, что ему тоже может быть больно, если он услышит мои слова. Но стоило задуматься. Ни одно из тех слов не было искренним.
Ромео выгнул бровь.
– А сказать ей, что мы поладили, было бы неподходящим ответом?
– Нет.
– Почему?
Я вздохнула.
– Потому что она бы не поняла.
– Чего не поняла?
– Между нами все сложно, а она не понимает, что такое отношения. Поверь мне, Ром. Я не хочу уезжать. Не хочу возвращаться в Чапел-Фолз. Я солгала сестре и исправлю эту ошибку. Обещаю. Но ты должен поверить мне. – Я вцепилась в его рубашку. Знала: если он сейчас уйдет, то моя жизнь кончена. Во всяком случае, та, которую я желала иметь.
Ромео посмотрел на меня сверху вниз. Я видела, что он не хотел мне верить. Что его чрезмерно развитый инстинкт самосохранения призывал остерегаться очередного жестокого разочарования. Я не могла поверить, что заставила его снова ощутить вкус предательства. От одной только мысли мне становилось дурно.
– У меня нет причин тебе верить, – наконец сказал он убийственно тихим голосом.
– Я знаю. – Я прильнула к нему. Мы стояли так близко, что я чувствовала его запах. Я хотела утонуть в нем и никогда не показываться на поверхность.
– Тогда почему я должен это делать?
– Потому что я тебя прошу. – Я облизнула губы. – И потому что этого должно быть достаточно.
Он раздул ноздри. Я знала, что он не хотел давать мне шанс. А еще знала, что именно по этой причине он меня избегал. Хотел сбежать от накала наших отношений. Что ж, а я этого не позволю. Я хочу его. Всего.
Обхватив его щеки ладонями, я наклонила его лицо к своему. Мы прижались лбами. Соприкоснулись носами. Я тяжело дышала, скользя губами по его губам.
– Не у тебя одного в душе есть темный уголок. Я пойду на все, чтобы ты стал моим. Я хочу тебя. И не откажусь от тебя только потому, что ты решил, будто снова хочешь попробовать жить без меня.
Этого оказалось достаточно, чтобы его губы слились с моими. Не успела я понять, что происходит, как Ромео обхватил меня за бедра, приподнял и, закинув мои ноги себе на поясницу, понес через комнату. Скользнул языком мне в рот, целуя глубоко и яростно.
Я застонала ему в губы, вкладывая в этот поцелуй всю себя, а потом оторвалась, чтобы глотнуть воздуха, и поняла, что мы уже в коридоре.
– Куда мы? – Я покусывала его подбородок, начав расстегивать рубашку. Не могу поверить, что у нас целую неделю не было секса.
– В мою комнату. – Ромео прильнул губами к моему горлу, отодвинув трусики в сторону и лаская свободной рукой. – В нашу комнату.
– В нашу комнату? – Я отстранилась и посмотрела на него во все глаза.
– Мне осточертело каждый вечер просить разрешения увидеться с тобой. Ты переезжаешь. С этого момента.
На следующее утро, когда я проснулась, Ромео уже был у себя в кабинете. Очевидно, выходных дней между Рождеством и Новым годом для него не существовало. Я барахталась в его огромной кровати – в нашей огромной кровати, – ухмыляясь про себя. Каким-то образом вчерашний день привел к тому, что мысленный барьер Ромео оказался разрушен. Теперь я приблизилась к тому, чтобы стать его женой не только номинально, но и по сути.
Живот заурчал не по-детски, сообщая о том, что он снова в деле, и требуя, чтобы его наполнили вкусной рождественской выпечкой. Но в остальном у меня были более насущные проблемы. Например, нужно перенести мои вещи в хозяйскую спальню, пока Ромео не передумал. Я помчалась по коридору, а потом на ходу вспомнила, что мне нужно в туалет. Прошмыгнула в уборную, присела на унитаз и захихикала. Краем глаза заметила что-то в мусорном ведре возле раковины. Вытершись и спустив воду, я вытащила предмет из ведра.
Я с замиранием сердца достала его содержимое, хотя уже знала, что это будет. Новая книга о Генри Плоткине. Вещица, которую я хотела больше всего на свете. Дыхание участилось. Я закрыла глаза и прижала ладони к пылающим щекам. Он поехал туда. Ромео. Всю ночь ждал возле магазина, чтобы купить мне желанную книгу, потому как знал, что сама я поехать не могу.
