На меня смотрела я — версия два, улучшенная и приукрашенная. Какой там «слегка за тридцать» — двадцать пять максимум! Исчез не слишком аккуратный шрам от аппендицита, искусственная брюнетистость сменилась моим родным темно-русым оттенком без малейших признаков седины, на лице — никаких следов хронического недосыпа, стрессов и переработки. Посвежела кожа, а фигурка… м-м-м…
Бедный мужик, вот уж точно, только такой голой красотки ему и не хватало! Да и мне оно не надо. Надеюсь, про костюмчик он не шутил. Какой-нибудь рабочий комбинезон был бы в самый раз! Хотя это вряд ли: из его запасов мне точно ничего не подойдет, очень уж размерчик не совпадает. В его рубашку таких как я две влезет и тесно не будет.
— Как так получилось⁈ — не выдержала я.
Как ни странно, робот понял меня правильно.
— Регенерирующая капсула приводит организм к наилучшему состоянию из возможных. Ложитесь, пациент, время процедур.
— Ты, значит, Рэм? — спросила я, укладываясь обратно. Хоть бы простынку какую выдал! — И много мне осталось медицинских издевательств?
— Лечебных и оздоравливающих процедур, — педантично поправил робот. — Программа реабилитации рассчитана до прилета на Райалу.
— Это сколько?
— Если полет пройдет без внезапных происшествий, еще девятнадцать суток.
— Сколько⁈
— Девятнадцать стандартных федеральных суток. И три часа сорок две минуты, если точно уложимся в график. Стандартные федеральные сутки — двадцать пять часов и семь минут вашей родной планеты.
Очень существенное дополнение!
— Это мне еще почти двадцать дней здесь валяться⁈
— Вставать можно будет завтра. Но с осторожностью.
— Спасибо, утешил, — проворчала я.
— Пожалуйста.
Кажется, железякины мозги сарказма не понимают.
— Ладно, делай свои процедуры. А почитать найдется что-нибудь? Или посмотреть. Для общего развития и ориентирования в ситуации.
— Завтра. Сейчас вы заснете и будете спать. Так надо.
Да-да, помню. И я тоже хороша, нашла у кого спрашивать. Надо было хмыря озадачить. Как его? Черт, он же представился, а я… абсолютно непривычное имя не отложилось в памяти. Нехорошо.
Я попыталась прокрутить разговор назад — прием, который отлично помогает вспомнить вылетевшие из головы детали. На удивление, «воспроизведение» получилось идеальным, вплоть до того самого имени: Аяр Гарацо. Аяр, значит. Или Гарацо. Смотря что у них ставится впереди, имя или фамилия.
На этой мысли я плавно уплыла в сон. На этот раз если и не крепкий, то уж точно спокойный.
Проснулась бодрой, полной сил и зверски голодной, с ощущением, что выспалась на неделю вперед. Села, быстро осмотрелась. Что сказать, смотреть особо не на что. Белая кровать со слегка пружинящим покрытием и без нормального белья. Белые стены. Белый халат, аккуратно висящий прямо в воздухе. Это мне, что ли? Чтобы «голая красотка» не нервировала мужскую трепетную душу? Прекрасно.
Я встала, с удовольствием потянулась. Надела оказавшийся точно впору халатик — приталенный, с коротким рукавом и неглубоким круглым вырезом, длиной до середины бедра. Если я хоть что-то понимаю в мужиках, такая одежда может возбудить почище полной наготы. Особенно когда заметно, что под ней белья нет.
Заодно пощупала воздух, где он висел. Ничего. И на том месте, где мужик… Аяр Гарацо, надо запомнить… так вот, где он вчера сидел в воздухе, как в кресле — тоже ничего. Самой попробовать так сесть? Нет, ну его, еще не хватало хряснуться копчиком об пол. И так процедуры почти на месяц вперед расписаны.
Ладно, и куда теперь? Что-то дверей не видно, сплошные стены.
— Эй! — позвала я. — Есть здесь кто? Вы меня слышите? Дорогие хозяева, уделите минутку гостю!
Никто не появился, зато кусок стены отъехал в сторону. Вполне понятное приглашение, воспользуемся. Я прошла в проем и оказалась… ну, назовем привычно: в коридоре. Довольно узком и абсолютно пустом. Голые стены, ровный голубоватый свет непонятно откуда. Пол — теплый и гладкий, босым ногам на нем приятно, как на паркете. Провела рукой по сизо-серой стене. Пластик или металл? На ощупь не ясно. А еще совершенно не ясно, куда идти. Налево или направо? Направо или налево? Коридор заметно изгибался, в видимой части дверей не наблюдалось. Я подождала немного, но никаких подсказок не появилось.
— Ладно, мальчики направо, девочки налево, — пробормотала я. — А потом окажется, что он круглый и я на летающей тарелке.
Но не топтаться же на месте? А вернуться в крохотный, пустой и скучный медблок я всегда успею.
Коридор и в самом деле оказался круглым. И пустым. Обратно к двери медблока я вышла не больше чем через пять минут. Была бы не босая — пнула бы. Это что, вместо беговой дорожки мне? «Пациент, вам уже можно ходить, вот и ходите?»
Как пони, по кругу! Тьфу.
— Эй! Где все? — заорала я. — У вас тут пациент некормленный!
Очередной кусок стены отъехал в сторону буквально в трех шагах от меня. В проеме воздвигся Аяр Гарацо, капитан, хмырь и просто большой человек, и спросил:
— Почему орешь? Не разобралась, как двери открывать?
— Какие двери⁈ — вопросила я. — Покажи мне хоть одну! Я вижу сплошную голую стену!