– Хватит, перестань! Нет, не останавливайся, не надо! – Ее рот накрывает мой, он у нее горячий, голодный, ее язык вытворяет немыслимое, рука мнет мне плечо, как будто она карабкается по мне и не намерена спускаться, да я бы и не позволил. – Притворись, – кричит она. – Притворись, что это ты!
Этак я лишусь остатков мозга.
Наверное, позже я смогу, недоуменно глядя в пространство, подивиться тому, что учительница второклашек попросила меня изобразить секс с ней при помощи вибратора, но только не сейчас. Сейчас я могу только ей повиноваться. Я размещаю игрушку перед своей ширинкой, прижимаю Тейлор к машине и уверенно трахаю ее вибрирующим силиконом, как будто это часть меня. Мне больно сознавать, что это не так, но ее наслаждение позволяет мне это пережить. Ее ягодицы таранят дверцу машины, я вольготно занял позицию между ее разведенными ногами, вибратор ходит взад-вперед, она кусает нижнюю губу, груди прыгают вверх-вниз. С секунды на секунду она достигнет оргазма, и я напряженно жду этого зрелища. Считаю, что заслужил.
– Каждый раз, когда будешь пользоваться этой штучкой, помни, что мой член больше, – шепчу я ей на ухо. – И что я в этот момент глажу его, вспоминая тебя.
Только бы продержаться! Я даже не у нее внутри, но, клянусь, чувствую ее спазмы от этих моих слов. Она рвет на мне майку, задыхается, выкрикивает мое имя, двигает бедрами, приближая свой оргазм, обильно орошая вибратор и мою ладонь. Она уже скачет на неутомимом силиконе и на моей уставшей ладони, груди того и гляди выскочат из платья. Загляденье!
– Это шедевр, – скрежещу я, целуя ее, чтобы заглушить крик. – Ты произведение искусства.
–
У меня за спиной раздается громкий хлопок.
Перед глазами молниеносно пролетает вся моя жизнь.
Мысленно я высовываюсь из окутавшего меня тумана и, держа в вытянутой руке пистолет, пытаюсь оценить угрозу. Потом, опустив дуло вниз, загораживаю собой Тейлор и ищу источник звука. К моему облегчению, это всего-навсего дверь пивнушки. Кучка молодежи вывалилась наружу и от избытка удали чуть не сорвала дверь с петель. У меня адреналиновый спад, все тело в холодном поту. Тейлор что-то говорит мне, но из-за шума в ушах я ничего не слышу. Пока я целовал ее, отвернувшись от остального мира, могло произойти все что угодно.
– Полезай в машину! – командую я скрипучим голосом. – Позвони брату и скажи, что ждешь его. Вам обоим немедленно надо ехать домой.
– Майлз…
– Прошу, Тейлор, делай, как тебе сказано.
У нее такой вид, словно она готова спорить, но в машину она садится безропотно. Звонит Джуду. Через минуту тот выходит из бара. Я прохожу мимо него, слова не проронив, хотя он пытается меня окликнуть.
Моя задача – немедленно привести в порядок свои мозги.
Она удовлетворена. Больше я не допущу промахов.
Даже таких упоительных.
Я зачерпываю горсть песка и просеиваю его между пальцами. Утренний массачусетский ветерок уносит песчинки. Прохладный воздух этого туманного воскресенья – это то, что мне требуется, чтобы развеяться после сна о Майлзе, донимавшего меня перед пробуждением. Будь я умелой пловчихой, как Джуд, то нырнула бы сейчас в воды Атлантики, чтобы прийти в себя. Но нет, лучше я полюбуюсь, как ныряет мой брат.
Сидя на песке, я оглядываюсь на Майлза, стоящего в темных очках на верхней ступеньке ведущей на пляж лестницы и басящего в прижатый к уху телефон. Ветер треплет его темные волосы. С моего наблюдательного поста внизу на пляже он выглядит воином-горцем, совершившим путешествие во времени и щеголяющим здесь, у нас, в джинсах и худи.
Заметив, что я за ним слежу, он прерывается на полуслове и стискивает челюсти, но быстро возобновляет разговор. Я перевожу взгляд на океан и вижу, как Джуд выходит из волн. Убирая с лица волосы и широко улыбаясь. Я автоматически отвечаю ему улыбкой.
– Когда он здесь появился? – спрашивает Джуд, тянясь за полотенцем.
Я подаю ему синее пляжное полотенце с вышитым якорем.
– Он всю ночь появлялся и исчезал. Такая у него манера – появляться и исчезать. То тепло, то холодно.
– Что у вас произошло вчера вечером на стоянке?
