«Я просто играл, – говорит мне потомственный гончар Алишер Рахимов, когда мы идем через засаженный инжиром, гранатами и миндалем сад в мастерскую, где он работает с отцом, сыном и учениками. – Обычно деды внуков балуют и с интересом учат, потому что у них много терпения». Алишер по-восточному хитро обходит мой вопрос о том, всегда ли он хотел продолжать семейное дело. Дед Алишера – один из самых известных гончаров Узбекистана, Мухитдин Рахимов, пионер среди исследователей традиционного керамического производства, детально описавший еще в 1961 году все его тонкости, формы, орнаменты. Его книга «Художественная керамика Узбекистана» сейчас библиографическая редкость. В 2006 году при участии ЮНЕСКО она была переведена на английский язык, и лично я разбираюсь в истории и нюансах гончарного дела в Узбекистане именно с ее помощью.
Школа и студия Рахимовых организованы безупречно: я бывала в гостях у многих мастеров, но галерею, по которой можно изучать стили узбекской керамики, наглядно видеть, что было модно в IX, а что в XIV веке, вижу впервые. И если многие узбекские мастера работают в одной технике, продолжая и развивая только цветовые схемы, рисунки и технологии, полученные ими от предыдущих поколений, Рахимовы берутся за все. «Мы стараемся развивать то, чему нужна помощь», – комментирует Алишер, водя меня по светлым выставочным залам, а я не могу поверить, что эти десятки форм, стилей и направлений – дело рук одной семьи. От прямого ответа на вопрос, к чему же больше лежит душа, от чего замирает сердце, Алишер изящно уходит, но все же уделяет чуть больше времени рассказу о своей солнечной, как он ее называет, керамике, так непохожей на традиционный зеленый колорит, к которому больше тяготеет отец.
В мастерской Акбара Рахимова, отца Алишера, на полках – археологические древности, найденные на территории Узбекистана. В осколках масляных ламп, кувшинов, ляганов IX–X веков – источник вдохновения, повод задуматься, толчок для развития новой мысли. Наследие родной страны и дневники отца и деда для Рахимовых – основа основ. Мухитдин тщательно вел записи больше полусотни лет, фиксируя и ежедневное течение жизни, и результаты своих экспериментов. Тем же занят и Алишер, создающий в другой части мастерской библиотеку, посвященную гончарному делу.
Мухитдин Рахимов первым из династии получил профильное образование. «У него была очень интересная жизнь», – рассказывает Алишер. Молодым парнем он попал в Москву на первую сельскохозяйственную выставку, работал там на гончарном круге, получил приглашение учиться в Москве, а после учебы вернулся в Самарканд, бывший тогда столицей Узбекистана, и организовал там первые мастерские. Когда столицу перенесли в Ташкент, Мухитдин вернулся в родной город и много работал совместно с археологами, формируя представление о разных направлениях, школах, техниках, веками использовавшихся в Средней Азии. Отец Алишера завершил то, что начал дед, – так мы теперь можем детально представить, какой была бело-голубая, с заметным китайским влиянием керамика эпохи Тимуридов или какой драгоценный изумрудный свет излучала сделанная в Ташкенте традиционная посуда.
Human House – не магазин, не шоу-рум и даже не просто галерея, это настоящий дом, способный вместить все то, что интересно его хозяйке Лоле Сайфи: от обитых расшитым бархатом советских кресел до выставки фотографий бездомных животных и ящика для пожертвований для ташкентских приютов. Здесь проходят лекции, кинопоказы, мастер-классы, творческие встречи. В двух залах представлены работы более 200 дизайнеров и ремесленников, причем не только из Узбекистана, но и из Киргизии, Казахстана, Таджикистана, каждого из которых Лола знает лично. И каждому объясняет, что хочет видеть клиент, как должны быть оформлены швы, какую обработку должна проходить ткань, придумывает новые фасоны, обеспечивает дизайнеров заказами, давая новое направление для развития и служа связующим звеном между ремесленниками, владеющими тонкостями традиционного производства, и запросами тех, кто приходит в Human House за покупками. И успевает сочинять одежду под собственным брендом и следить за ее изготовлением. Здесь проходят лекции, кинопоказы, мастер-классы, творческие встречи и концерты – за насыщенной афишей Human House, настоящего ташкентского дома культуры, следите в соцсетях
