Надо же как быстро ему доложили обо всём. Милена не ожидала, думала, что охрана попытается замолчать это дело. Она быстро забежала к себе домой, переоделась, выкинула вещи, в которых была в офисе и поспешила за Ариной. Адреналин к моменту возвращения Ярослава успел уйти, поэтому она сумела не выдать себя, когда он начал ей рассказывать о происшествии. По его мнению это была ложная тревога, хотя Ширяев уверял его, что такого случиться не могло. Милену не на шутку встревожило, что Львович упёрся и проявляет ненужное рвение, но она была уверена, что хорошо замела следы и он ничего не найдёт.
На Пасху она поехала не к мужу, а к сестре и отцу. Душа требовала прийти к ним, побыть рядом с ними, хотя и говорят, что на Пасху на кладбище не ходят и есть для этого другие дни. Когда она подходила к ограде, то заметила стоящую рядом с ней женщину. Та имела вполне затрапезный вид, и при ближайшем рассмотрении стало понятно, что она частенько прикладывается к бутылке. Милена подумала, что пьяница пришла собрать с могил поминальные конфеты или даже выпить найти, и не знала, как бы поделикатней попросить её отойти и не мешать проходу. И тут женщина повернулась к Милене. Лицо показалось смутно знакомым.
- Извините, можно я пройду? - спросила Милена.
- Куда? К ней? - та кивнула на памятник Снежаны.
- К ней. К обоим.
- А ты ей кто? Родственница?
- Да, родственница, - не стала вдаваться в подробности Милена.
- Как же я её ненавижу! - вдруг выдала женщина, - Вся жизнь наперекосяк из-за неё пошла.
И Милена поняла, кто перед ней, и почему она показалась знакомой. Власова. Именно она по версии Демидова была виновата в смерти Снежаны. И теперь у Милены появился шанс узнать, так ли это.
- Да её нет уже давно, а Вы всё ненавидите, - изобразила удивление Милена, - Что же она такого сделала?
- Она парня моего отбила! - пьяно заорала Власова, - Как же мне хотелось её за это убить! И не смотри на меня так! Я очень его любила. Знаешь, какой он был то, Ярик мой? Не знаешь. Где тебе? Ты таких красивых, небось, и не видела никогда. Девки по нему с ума сходили, а он мой был. Мой! Понимаешь? А он взял и бросил меня. Выбрал эту юродивую. Блаженная, тупая, рисовала там какие-то каракули и думала, что она художница великая. Ничего в ней не было, ни кожи, ни рожи. Я сначала думала, что поиграется с ней и бросит. Да куда там! Он, правда, в неё влюбился! Как за принцессой заморской за ней ухаживал.
- И ты решила её убить, - подтолкнула Милена разговор в интересующем её направлении.
Она не боялась, что Геля насторожиться. Та была пьяна и вошла в раж.
- Нет. Хоть я и хотела, чтобы она сдохла, но убить не решилась бы. В тюрьму то мне не хотелось. И тут представился случай отомстить ей. Ярик уехал в Москву, у него что-то случилось с сестрой, которая там училась. А мне в руки попало письмо, которое он написал своей юродивой. Я поняла, что они поссорились, и Ярик просил прийти её в парк, чтобы поговорить и помириться. Там такие слова были, что я прям взбесилась. Мне он таких никогда не говорил. А эта крыса чем их заслужила? Мне так хотелось её раздавить, ты даже представить себе не можешь. И я решила выманить её в парк этим письмом. А там её поджидал Гришка.
- Кто?
- Ну, Гришка! - с раздражением повторила Геля, как будто собеседница должна была знать, про кого она говорит, - Я хотела, чтобы он её трахнул! Понимаешь?
Дальше пошла матерная брань, поясняющая, чего должен был сделать Гришка.
- Ты хотела, что бы он её изнасиловал, - подвела итог Милена, прерывая поток омерзительных подробностей.
- Да! Это был классный план. Демидов бы бросил её! Зачем ему баба, которую по кругу пустили? Но она сдохла! Вот так просто взяла и тупо сдохла! И ничего у меня не получилось. Куча проблем с ментами, еле отделалась от них. А Ярик при всех называл меня убийцей, ненавидел меня пуще прежнего. И он тогда сказал мне, что моя жизнь кончена на этом, что ничего хорошего в ней не будет. Я тогда испугалась, поверила ему. И он как в воду глядел. Чёртов прорицатель!
- Ты не жалеешь, что сделала всё это?
- Жалею! Жалею! - Власова вдруг зарыдала, - Демидов ведь прав оказался. Всё у меня плохо, никому я не нужна! Денег нет, родители погибли, семьи нет, детей быть не может. Куда хуже то? А всё из-за неё, родственницы твоей!
Милена не захотела слушать новый поток брани и оскорблений в адрес сестры, и молча пошла на выход.
- Эй, родственница! У тебя выпить нет? - опомнилась Геля.
- Нет.
- Слушай, а денег не дашь? Очень нужно выпить, горе залить.
- Да какое у тебя горе? - презрительно бросила Милена.
- Я же тебе душу раскрыла, а тебе жалко каких-то сто рублей.
