- Почему? - удивилась Милена, - Никогда не думала, что ты испытываешь дефицит женского внимания.
- Ну и что, что не испытываю. Может быть, мне легче, чем другим, найти, с кем провести время, но встретить своего человека тоже непросто. А жить с кем-то ради удобства - сомнительное удовольствие. И вообще, я ей тут в любви признаюсь, а она выказывает какое-то странное недоверие, - в шутку возмутился Ярослав, - Нет бы, взаимностью ответила!
- Отвечаю. И хотя ты без моих слов все давно знаешь про мою взаимность, но так и быть, буду соблюдать все формальности и отвечу ответственно и официально. Ярослав Демидов, я тебя люблю.
- Ну вот и договорились, - весело отозвался он, - А теперь иди сюда влюблённая в меня любимая женщина и показывай, как ты меня любишь.
- Ещё и показывать? Сколько церемоний то. А как это?
- Всё тебя учить надо! Ладно, так и быть, сам покажу. Перенимай опыт.
И совсем скоро веселье сменилось обжигающей страстью. И каждый старался показать всю силу своей любви, подарить всю нежность, которая бурлила и плескалась, выливаясь потоком самых сокровенных ласк, прикосновений и слов.
***
Эта страстная неделя оказалась самой счастливой в его жизни за последний десяток лет. Милена, смеясь, называла его бесстыжим грешником. А он не соглашался с тем, что он бесстыжий. Грешик как грешник. Он же всего лишь мужчина. Зачем же тогда его искушать такой соблазнительной Евой? Вряд ли Господь возлагает большие надежды на его стойкость. Ярослав прибывал в эйфории. Все точки над и были поставлены. Кто бы мог подумать, что Лена станет ещё очаровательнее, обаятельнее и нежнее после его признаний в любви. Она не могла не видеть его чувств и до этого объяснения. Наверное, это правда, что женщины любят ушами.
Ярослав нисколько не жалел, что рассказал ей о Снежане. Насколько же легче стало от этого на душе. Он ведь ни с кем не обсуждал свои чувства, страхи, переживания, связанные с той трагедией. Ярослав даже и не подозревал, окунувшись в свою новую жизнь, во все заботы, хлопоты и рутину, что случившееся до сих пор лежало камнем на его душе. И только после разговора с Миленой он смог от этого камня освободиться. Снежка его отпустила. Теперь он сможет жить нормальной человеческой жизнью, ему больше не надо бороться с вечным страхом неминуемой очередной катастрофы в его жизни. Ведь он, и правда, невольно поверил тем проклятиям сестры Снежаны, когда вслед за мамой погибла Маша, а его семья развалилась. Он, как мог, прятался от этих страхов, гнал их от себя, убеждал логическими выкладками, что подобная чушь только в сказках бывает. Но страх этот никуда не уходил, заставляя сходить с ума от каждого неотвеченного звонка няни или Татьяны Ивановны, или вздрагивать и с ужасом хватать трубку от внеплановых. Он и о любви то Милене боялся говорить, надеясь обмануть судьбу, чтобы та не прознала и не сделала из неё следующую жертву. И вот после этого Вербного воскресенья Ярослав вдруг понял, что освободился от этого тихого ужаса, потому что отныне он прощён. Судьба его простила, и теперь всё будет хорошо.
- Ярослав Михайлович, мне с тобой поговорить надо, - прервал поток его мыслей начальник службы безопасности.
- Это срочно? До понедельника не подождёт?
- Боюсь, что нет.
- Ну, хорошо. Проходите, садитесь и излагайте, - сказал Ярослав стараясь скрыть досаду.
Хотелось домой, а не слушать рассказ о том, как работники курят в неположенном месте или, что кто-то по рассеянности утащил домой ключ от сейфа или кабинета. Каких-то реальных ЧП у них не случалось. Но Николай Львович Ширяев очень серьёзно относился к своим обязанностям, и страшно обижался, когда кто-то не осознавал всей важности его работы. При этом все выявленные случаи нарушения порядка преподносились как раскрытие преступления века. Но при всех своих недостатках работу свою Львович выполнял на пять с плюсом, да и к Ярославу относился по-отечески. Николай Львович работал тут ещё при Маше и Вадиме, и Ярослав мог рассчитывать на его преданность и компетентность, если уж действительно что-то случиться. Львович один из немногих, кто обращался к нему на "ты", Ярослав же себе такого не позволял, учитывая разницу в возрасте.
- Я Вас слушаю, - поторопил он Львовича.
- Дело в том, что ко мне обратился Котов - наш айтишник. По его мнению кто-то готовится грамотно обчистить все счета фирмы.
И Ширяев поведал о том, как это технически возможно сделать.
- Кто это может быть, я пока не знаю. Мы сможем поймать злоумышленника только тогда, когда он начнёт переводить деньги с наших счетов на подставные фирмы. И случиться это не завтра, как Котов говорит. Время у нас есть.
- Важно успеть найти вора до того, как он осуществит свою задумку.
- Найдём. Дело времени. Вор ведь не знает, что мы в курсе его делишек.
- Всегда знал, что могу на Вас положиться, - сказал Ярослав, - Я же со своей стороны постараюсь обеспечить неприкосновенность наших счетов для третьих лиц.
- Попробуй. Только вора не спугни. Лучше сейчас выявить заразу и придавить. А то притаится, а потом вылезет в момент, когда мы будем наиболее уязвимы.
