– Немножко есть… Но внутри удобно, поверь, я бывал здесь. Да и по буровым ездить отсюда ближе и проще, чем из города. Мы где-то на полдороге находимся.
– Ну ладно, – Ирина лукаво улыбнулась. – Раз ты так говоришь, то остаемся.
Сбоку показалась хозяйка «Заимки» – по виду самая настоящая добрая сказочница.
– Дим, это тоже декорация? И на самом деле она похожа на Бабу Ягу?
Главный инженер ответить не успел – добрая сказочница решительно опередила его.
– Нет, красавица, честное слово, я и в самом деле такая. Милости просим, Дмитрий Дмитриевич.
Дим Димыч улыбнулся. Ира подумала, что так могли бы улыбаться коронованные особы.
– Это Ирина Вадимовна.
– Добро пожаловать, Ирина Вадимовна.
– Просто Ирина, хозяюшка.
– И то – какая Вадимовна, Дмитрий Дмитриевич? Она, поди, в дочки вам годится?
Что бы ни имела в виду гостеприимная хозяйка «Заимки», как бы она ни лучилась гостеприимной сказочной добротой, на скулах Дим Димыча заходили желваки. Ему понадобилось вполне ощутимое усилие, чтобы сдержаться и даже попытаться пошутить.
– Какие наши годы, Дарья Валерьевна! Мы с вами еще молодым фору дадим!
– Ой, ну вы и скажете, – размякшая Дарья Валерьевна махнула пухлой ладошкой. – Ах-ти, что ж это я вас на пороге держу, а в дом не пускаю? Милости просим, входите.
Дим Димыч подхватил Ирину под локоть.
– Идем, замерзнешь.
Внутри сруб оказался вполне современным сооружением: гостиная с плазменным экраном, кожаные кресла и диван, пальма в кадке, лестница наверх.
– Там спальни, всякие там души-ванные. А тут, как видишь, местечко для досуга. Как у нас с досугом?
– Дима, ты о чем?
Дим Димыч не успел ответить – вошла Дарья Валерьевна, а следом за ней дюжий молодец, охранник этого заповедного места, внес вещи гостей. Ирине показалось, что если б на него нагрузили еще пять раз по столько же, он бы все равно так же приветливо улыбался и так же легко управлялся бы с поклажей.
– Располагайтесь, гости дорогие. Скоро будет завтрак.
– Завтрак, хозяюшка?
Та усмехнулась.
– Для вас завтрак. Но сейчас у нас, это правда, уж и время обеда прошло. Скоро уж три пополудни.
– Три?!
– Три, Ирушка, у нас время на шесть часов впереди… – Дарья Васильевна улыбнулась, словно извиняясь.
– Так мы у себя всю субботу почти украли?
Дим Димыч приобнял Иру за плечи.
– Это у нас география украла. Но ты не расстраивайся, малыш. Она нам потом вернет, когда будем домой возвращаться. Честное слово – я уже два раза это проверял!
– А я проверю в третий. Работа у меня такая, проверять точность терминов.
И Ирина, высвободившись из его рук, стала подниматься по лестнице. Следом за ней затопал охранник. Снизу донесся голос Дим Димыча
– Малышка, первая дверь направо – моя комната. Все остальное по твоему вкусу.
Ирина кивнула. Главный-то инженер, ох, Татка опять оказалась права, не просто пошел в наступление по всему фронту, он почти без сопротивления брал одну крепость за другой. Хотя она, Ира, не особенно и оборонялась – да и зачем? Приятно, когда за тобой красиво ухаживают, приятно, когда заботятся. Иногда приятно, когда считают маленькой девочкой, за которой нужен ежеминутный присмотр.
Из вредности, а может быть, и просто потому, что там оказалось уютнее всего, Ира выбрала самую дальнюю от лестницы комнату. Ей почему-то вспомнилось слово «горенка». За соседней дверью Ирина с удовольствием увидела роскошную ванну, оборудованную не хуже, чем в самых крутых отелях. Так, во всяком случае, показалось девушке, в таких отелях сроду не бывавшей.
– Да у вас женушка-то с норовом…
– Ох, Дарь Васильна, еще с каким. По виду-то агнец, тварь божья, а внутри – кремень, чистый кремень.
Хозяйка «Заимки» ушла, улыбнувшись напоследок. А Дим Димыч, поднимаясь по лестнице, почему-то вспомнил еще одну забытую поговорку.
– Твои бы слова, добрая душа, да Богу в уши!
Жанна решительно прошла в ванную, которой пользовался Алексей. Стала у порога и попыталась для начала понять, нравится ли ей здесь. У Митечки ванна была похуже, сначала-то. И понадобился почти год, чтобы она стала нравиться и Жанне. Там тоже было в первое время слишком технологично, голо. И здесь, у Лялькиного брата, та же картина.
– Ну почему они все такие одинаковые, а, Лен?
– Ты о чем, Жаннусь?
– Да о том, что у мужиков мозги устроены, как рельсы. В ванной надо мыться, в кабинете работать, в спальне спать. Смотри – вот, вроде и хорошо, удобно, но так… как будто медицинский кабинет перед тобой, а не дом родной. Полотенца по ниточке висят. Ни журнальчика какого-нибудь, ни плеера, чтобы музыку в ванне слушать. Парфюмерия – самый минимум…
– А зачем больше? – Лена пожала плечами. – Лешка-то с трудом запахи переносит, говорит, что мои духи его вообще с ног сбивают. Хотя я и пользуюсь так, самую капельку…
Жанна покосилась на девушку, но ничего не сказала. Да и капельки у всех разные, что да, то да.
– Ну ладно, я поняла. Веди меня в кабинет.
– А спальня?
– Да я уже все поняла.
– Ну как знаешь, подружка.
