– Я бы попросила вас… просто указать мне, с каких нормативных документов мне начать подготовку. Вы же знаете, готовится новый большой проект – я боюсь напортачить, если не буду понимать, в каких рамках мы работаем и чего мы не можем.
Алексей улыбнулся – да, он прав, кто-то из любезных родственничков постарался, нашел ему «невесту». Хорошо, хоть умненькая попалась. Да и хороша, что тут говорить. «Ну что ж, красавица, давай поиграем в твою игру!»
– Ох, Жанночка, однако вы круто забираете. Да я час вам буду одни только названия перечислять. Я уж о подзаконных актах и разъяснениях молчу. Охрипну, потом голос и вовсе пропадет. Давайте я вам уделю целых два часа?
– Это настоящая честь для меня! – Жанна приняла подачу. – Целых два часа в воскресенье… Я умею быть благодарной, Алексей, поверьте.
– Тогда давайте сверим часы, Жанна. На моих… десять четырнадцать…
«Однако ты, похоже, ждать не любишь, дорогая. И решила взять быка за рога… Неужели тебе трех лет на мою обработку, обещанных в документе, будет мало?»
– Да, на моих шестнадцать.
– Тогда, может быть, в пятнадцать ноль-ноль в Городском саду?
– Может быть, лучше пораньше? В час дня, к примеру?
– Будь по-вашему, Жанна. В тринадцать у памятника Революции.
– Хорошо, Алексей. В тринадцать ноль-ноль, у памятника. Я надену красную косынку, чтобы вы меня точно узнали.
– Тогда я красные революционные шаровары, – усмехнулся Алексей.
– Простите?
«Ох, елки-палки… Шутка пролетела навылет, мозг не задет… А вот Red непременно бы поняла!»
– Это цитата из старого фильма. Я узнаю вас, Жанна, не сомневайтесь!
– Тогда до встречи!
– До встречи!
Соблазнительный голос Жанны умолк. Алексей отложил трубку.
– А Димка-то прав оказался. Хорошо, когда друг умный… И когда он на твоей стороне. Ну что ж, красотка, потягаемся. Посмотрим, кто кого переиграет.
И Алексей, подключив электронную книгу к компьютеру, стал переносить в нее те документы, о которых его спрашивала Жанна. Он решил прикинуться… нет, не совсем уж дурачком. Но, определенно, легкой добычей. Пусть противник выложит карты – хоть какие-то. А там посмотрим.
Ангел машинально скосил глаза – увы, скайп молчал.
– Да она еще не долетела, наверное… Туда, похоже, и добраться не так просто. А я еще о связи размечтался! Интересно, а у нее телефон подключен к И-нету?
Ирина разложила вещи довольно быстро. Да и что там было раскладываться? Хотя бабушка наверняка бы сделала все по-другому. Да еще и пробурчала бы, что внучка ничего не понимает.
Девушка усмехнулась воспоминаниям и подошла к окну. Синие сумерки уже обняли деревья, скрыли соседние домики, превратив их в темные пятна. В разрывах облаков появилась луна. Все-таки место это было не совсем обычным, не просто загородным пансионатом для местной элиты. Наверняка за каким-то из фасадов пряталась все-таки избушка на курьих ножках.
– Изнакурнож, – пробормотала Ирина. – «КОТ НЕ РАБОТАЕТ»…
– Комитет оборонной техники?
Дим Димыч стоял в дверях и улыбался.
– А я не слышала, как вы вошли…
– Ир, мы ж на «ты»!
– Ой, верно. Я не слышала, как ты вошел.
– Да я и не вошел еще толком. Пустишь?
Ирина пожала плечами. Ее шеф (какое все-таки удобное слово оказалось!) принял это за приглашение и шагнул в комнату.
– Уютненько…
– Да мне тоже показалось, что славно так, по-домашнему.
– Не люблю я бесконечные эти ваши шторочки-тряпочки… Но тут славно, это да. Там Дарь Васильевна уже стол накрывает. Пойдем!
– Дима, а как бы мне бабуле позвонить? Или здесь телеграф есть?
– Господи, девочка, ну какой телеграф?! Двадцать первый век на дворе! Внизу телефон – снимай трубку и звони!
– А можно?
Дим Димыч улыбнулся. Да, Ирина совсем другая – мягкая, робкая, спокойная. Никаких тебе супер-сюрпризов и мега-фантазий. С ней душа отдыхает.
– Конечно можно! Мы здесь, повторяю, гости непростые…
– А золотые? – Ирина слегка пришла в себя.
– И даже платиновые местами… – Дим Димыч провел рукой по шевелюре: черные курчавые волосы вполне ощутимо посеребрила седина.
– Драгоценные, значит… Ну, тогда пошли вниз. Я позвоню, а потом и в самом деле поедим. Что-то я проголодалась…
Шеф церемонно подал Ирине руку. Та усмехнулась. В памяти почему-то опять всплыли Черреллы. «Он подал ей руку, чтобы проводить в столовую…»
Деревянные ступеньки не скрипели, плазменный экран молча переливался всеми цветами радуги – шел очередной рекламный ролик. Телефон терпеливо ждал всего в шаге от стола, обильно накрытого заботливыми руками хозяйки.
– Ну вот, звони. Бабушка, наверное, уже и нервничать устала…
Это было Дим Димычу отлично знакомо: его мама была точно такой же. Пусть они уже лет пятнадцать жили порознь, пусть стал он серьезным и независимым мужчиной, выбился на солидную должность. Но раз в день нужно было сообщить матери о том, что все хорошо. Причем средство коммуникации можно было выбирать любое. Иначе мама находила способы прибыть к месту его дислокации самолично. Что, конечно, бывало не всегда кстати. Особенно, когда очередная красавица наконец соглашалась посетить «мою холостяцкую берлогу».
