– Тьфу, ну ты и скажешь, Дим. Это с год назад было. Сначала я ваще без фотки анкету повесил, но быстро понял, что, кроме совсем уж озверевших от голода бабенок, никого не найду. Разместил фото, подредактировал анкету…
– Да не томи ты! Бог в ней, анкетой! Нашел кого?
Алексей кивнул.
– Нашел. Славная девушка такая, умница, трудяга. Всего добивается сама, своими силами.
– И? Ты с ней уже?
– Дим, прекрати. Я ней знаком только в Сети. Мы даже ни разу не встречались вживую. Не поверишь, я даже не знаю, где она живет. Может быть, черт знает где, в Питере, к примеру, Или Сыктывкаре… Хотя, похоже, там такая же погода, как у нас здесь.
– Леха, ты болван, прости за прямоту. И что, эта принцесса неведомого царства лучше, чем твои подружки?
– Да, дружище, лучше. Где бы она ни жила, но она лучше – она меня понимает. Она сразу подстраивается под мое настроение. Она… Да она умнее, чем все мои подружки вместе взятые.
– А внешне? Ты хоть фотку ее видел?
– Видел, конечно. Говорю же, славная – рыжая, но не ярко, а так… благородно. Веснушки, говорит, под солнышком появляются. Глаза светлые, серо-зеленые.
– Рыжая, говоришь? Рыжие богатство приносят…
– Дурак ты. Это рыжие кошки богатство приносят. А рыжие женщины…
– Судя по твоей физиономии, они приносят вполне положительные эмоции. Давай-ка я, как матерый препод, подытожу: итак, у тебя уже год есть подруга по переписке, умная и славная. Которая тебе нравится больше, чем все твои прежние крали. Так?
– Так, – Алексей кивнул.
– …Но ты при всем этом не знаешь, ни где она живет, ни замужем ли она. И никакого желания перейти от общения он-лайн к общению живому не испытываешь.
– А вот тут ты ошибаешься. Я знаю, что она не замужем. И давно уже подумываю узнать, где она живет. А если можно, даже пригласить ее на свидание.
– Уже хорошо. А общаешься ты с ней как? Все еще на сайте?
– Нет, в скайпе.
– Так ты, похоже, видел не только ее фотку, но и ее дом.
Алексей отрицательно покачал головой.
– Нет, не видел я ничего. Она работает дома, внештатно – переводит патенты, технические описания, инструкции. Ей проще переписываться, видео, говорит, отвлекает сильно. Ну, а я не настаиваю.
– Понятное дело. А она-то тебя видела? Что о тебе знает? Спорю, ты ей не сказал, кто твои мама-папа…
– Не сказал. Понимаешь, Дим, я хочу, чтобы уважали и ценили меня, а не мое положение.
– Уж раз тыщу я слышал это. Так что ты ей наплел?
Алексей поморщился, но с Димкой пререкаться было бессмысленно, конечно, наплел. Смешал крупицы правды с целыми пригоршнями вранья… нет, скорее фантазий, чем вранья.
– Наплел… Ну ладно, наплел. Сказал, что делаю нужное людям дело, что выучился на юриста, а потом понял, что хорошо бы пользу приносить, а не бумажки перекладывать.
– А фотки присылал? Небось, с трудом нашел такую, где на тебе надето меньше чем на пару тыщ баксов.
– А фотошоп для чего, приятель?
– Бедная девчонка. Она-то верит, что вы с ней одного поля ягоды. А ты ей просто морочишь голову.
– Знаешь, Дим, думаю, что я готов на ней жениться хоть завтра. Она моя, понимаешь? А ты «бедная девчонка»…
– Так позови ее на свидание! Чего ж тянуть?
– А если она живет на другом конце света?
– Вот и узнай! А если она живет по соседству? А если она с тобой ходит по одним и тем же улицам? Что ты тут весь в растрепанных чувствах, как пацан, сопли размазываешь?..
– Не ори, братец. Хочешь, я прям сейчас ей напишу? Прям от тебя?
– Нет уж, дружище. Давай ты этим займешься дома.
Ирина сняла очки и потерла глаза. Да, десять часов перед машиной – это многовато. Хорошо, хоть это не просто для тупого времяпрепровождения. Вот и перевод уже закончился. Можно и отдохнуть.
На кухне что-то с грохотом обрушилось.
«Ох, бабуля, ты не молодеешь…»
– Ба, что там у тебя стряслось?
Марина Борисовна выпрямилась.
– Да ничего не стряслось, глупышка! Увидела чашку с трещиной, вот и решила ее разбить – по фэн-шую ж нельзя, чтобы в доме была посуда с трещинами… Ну, или битая.
– Ба, ты меня напугала. А ничего, что у нас в буфете стоит с десяток тарелок с трещинами? Что ж ты их не разбила до сих пор?
– Ничего у нас там не стоит такого! Откуда ты взяла это?
– Бабу-у-уля, ну не надо! Вот сейчас я тебе тарелки эти вытащу. И мы с тобой дружно их побьем, если уж ты решила, чтобы все было по фэн-шую.
Бабушка с испугом посмотрела на Ирину. Она отлично помнила, что в буфете, почти на виду, стоит стопка тарелок из толстенного фаянса. Девочка права: многие из них действительно были с трещинами, с выщербленным краем. Но это же память… Как же сейчас все это разбить?
Хотя, с другой-то стороны, о чем это память? О свекрови, которая выпила немало крови, пока не вышла замуж в третий раз? О годах, которые хочется забыть, словно их и не было никогда?
– Давай, детка, доставай это старье. Устроим праздник!
