— Я говорю о техниках, направленных на собственный разум, — продолжает физрук. — Да, обычные техники менталистов существуют в том же формате, что и стихийные. Но со своим разумом вы можете работать так же полно, как и маги этого направления. Здесь нет ограничения по вкладываемой магии. Сложность в освоении техник. Магу любой другой стихии работа со своим разумом дается на порядок сложнее, если сравнивать с менталистами. Разве что щиты на свой разум вы сможете ставить сами. Свои мысли и чувства вы можете защищать от кого угодно и как угодно, при условии подбора правильных образов. Ладно, всего этого мы коснёмся позже. После занятия господина Пилюлькина я вас жду. За вами зайдут кураторы. Передаю вам группу, — обращается к Пилюлькину.
Целитель выходит из лёгкого состояния дремоты. Видимо, он давно привык к длинным речам физрука. Либо специально делает незаинтересованный вид и отслеживает наши реакции со стороны. Не удивлюсь, если это дополнительный анализ.
— Господин физрук в своём репертуаре: мы все погибнем, всё будет плохо, а вы не справитесь, — усмехается Пилюлькин чуть раньше, чем дверь за физруком захлопывается.
Успеваю увидеть, как физрук показывает Пилюлькину неприличный жест, перед тем, как закрыть дверь. Это видно только с моего места. Целитель улыбается во весь рот.
— Итак, целительство, — начинает он занятие без всякого перерыва. — Бесконечная, абсолютно бесконечная и очень интересная область человеческих магических знаний. Именно в эту область вы окажете честь пойти вместе со мной.
На рядах чувствуется оживление. После того как физрук покидает кабинет, атмосфера полностью меняется.
— На мой взгляд, целители — это самые полезные и самые опасные маги, — говорит Пилюлькин, окидывая взглядом аудиторию. — Почему я вижу так много сомнения в ваших лицах? Почему?
— Потому что они бесполезны, если на вашу группу напал здоровенный монстр, — слышу комментарий из группы здоровяка.
У них в группе нет целителя, поэтому их выводы, скорее всего, основываются на внешнем виде хрупкой Мии и тихони Синегорского. Внешне они и правда не напоминают всесильных магов.
— Зря вы так, молодой человек, — слышит замечание Пилюлькин. — Если маг вашего возраста уже работает со своим организмом, мало что ему неподвластно. Да, если аспект целительства изначально проявляется больше, то, например, стихийные техники будут даваться сложнее. Если техники менее доступны, это не значит, что вы не сможете их изучить. У целителей есть очень хорошее преимущество — более глубокая проработка тела с детства. Только целитель способен удлинить срок своей юности и жизни.
Пилюлькин делает паузу и даёт нам время осмыслить сказанное.
В соседней группе поднимается рука. На этот раз говорит предводитель команды — здоровяк.
— Да, Егор? — обращается к нему Пилюлькин.
— Правда, что целитель может достичь физического бессмертия? — спрашивает парень.
— Ни разу не слышал о таком случае, — отвечает целитель. — С другой стороны, вряд ли тот, у кого получилось достичь бессмертия, расскажет нам об этом.
— Хотите сказать, шансов нет? — задает вопрос здоровяк.
— У вас? — переспрашивает Пилюлькин. — Точно нет. Если мне не изменяет память, ваша стихия — огонь? Так вот, маги других стихий не могут влиять на своё тело как целители, пока не поймут свою предпочитаемую стихию на очень-очень высоком уровне!
— То есть это все же возможно? — не отстает парень.
— Возможно. Через свою стихию — возможно. Но, к сожалению, вы просто не успеете. Несколько важных точек в развитии тела, например, в семнадцать или в двадцать пять лет вы проскочите мимо. Просто потому, что у каждого мага подход свой. Целители интуитивно чувствуют, что и как изменять в себе, им хватает общих описаний, а вот с магами других стихий все намного сложнее. Нет, купить возможность контроля или вмешательства тоже не получится, — опережает вопрос парня. — Любая другая магия внутри вас будет сопротивляться. В вашем случае огонь попросту не даст работать в этом направлении.
Пилюлькин размашистыми шагами ходит перед нами, размахивая руками для большей убедительности.
— Зачем мы тогда вообще тратим тут время, оставил бы двух этих лечителей, а мы бы тренировали свою магию, — слышу еще один недовольный комментарий здоровяка.
— Егор, выходи к доске, — без лишних разборок говорит Пилюлькин.
Здоровяк встает со своего места и, прихрамывая, доходит до указанного места.
Целитель ненадолго закрывает глаза и щелкает пальцами. Вокруг парня загораются различные объёмные фигуры. Они медленно крутятся и перемещаются вокруг студента. Тот никак не реагирует, будто не замечает происходящего.
— Главное не шевелись, — просит целитель. — А то будет неприятно. У тебя и так болит левая нога.
— Этого только слепой не заметит, — хмыкает Егор. — Понятное дело, болит. Я же хромаю.
