На полу валяются люди, разодранные на части. Все точно мертвы. Но по этому поводу я ничего не испытываю. Разве что небольшое сожаление, что неминуемо испачкаю подошву.
Причину разгрома замечаю неподалеку — ещё одно чудовище, как в коридоре.
Как только вижу чешуйчатую зелень — стреляю без прицеливания. Руки опять подкидывает вверх, и мне чуть было не попадает оружием прямо в лоб — слабоват я для этой машинки.
Тело чудища дергается от попадания пули.
Странно, крови существа вокруг нет, хотя его тело располовиненное как по линейке. Уверен, что оно мертвое. Нижнюю половину тела так с маху найти взглядом не удается. Но я особенно и не стараюсь.
Что ж, тогда осмотрим остальное. Внимательно оглядываю чешуйчатого.
Если взять того, что валяется в коридоре и посадить на него голову этого существа… получится прямоходящее, двух с половиной метровое существо, покрытое плотной чешуей. В ширину тварюшка спокойно будет метра полтора, в толщину плюс-минус столько же. При этом, кажется, что её тело состоит из сплошных мышц. Плотное и жутковатое.
Вытянутая морда неизвестной твари тоже не радует. Особенно зубы — острые, загнутые вовнутрь, сантиметров по пять — приблизиться и рассмотреть поближе желания не возникает. Не совсем рептилия, скорее, нечто среднее между шакалом и крокодилом.
Обхожу остатки бойни стороной.
В конце вагона сохранилась мини-кухня. Грустно усмехаюсь. По крайней мере, от голода в ближайшее время точно не помру. Ещё раз осматриваю вагон-ресторан, и понимаю, что прямо сейчас аппетит у меня не очень.
Смотрю в окошко запертой двери. Через него как раз видно, что это последний вагон.
Медленно разворачиваюсь на месте. Беру уцелевшую стеклянную бутылку воды. Возвращаюсь обратно в своё купе и сажусь на кровать.
На меня накатывает оцепенение. Правда и ситуация не совсем стандартная. Забавно, но соседство с трупом моё сознание совершенно не беспокоит.
А вот рыжий чемодан — заинтересовывает.
Аккуратно нагибаюсь и с трудом выволакиваю худой, но тяжеленный чемодан из-под лавки.
— Понятно. Спасибо, — благодарит Козьма с кривенькой улыбочкой, но по-прежнему добрыми глазами. — Я смог уловить ваши образы. Подскажите, монстры не шевелились? Они были еще живы?
— Первый валялся без башки, — говорю как есть. — Я снёс ему голову почти сразу после аварии. Во второго я выстрелил на всякий случай, так что не знаю.
— Хорошо, хорошо, — кивает безопасник. — И никаких магических проявлений? Вы не применяли никакой магии?
— Вроде нет, — отвечаю Козьме.
— Странно. В вашем деле написано, что вы маг, и есть пометка — не начального уровня, — поясняет следователь. — Правда, ваш уровень нуждается в уточнении.
— Я маг? — удивляюсь.
Пока не могу разобраться со всеми новыми воспоминаниями, но определенные странности в них есть, как ни крути.
— В деле так написано. Да и логика в этом есть: вы же ехали поступать в Императорскую Торопскую Магическую Академию, — задумчиво произносит Козьма.
В голове вспыхивает знакомая аббревиатура ИТМА. Золотом на письме. Плотная желтоватая официальная бумага. Куча печатей и сверху — объемная магическая от самой канцелярии Императора!
… Вы зачислены… Тра-та-та… Просим приехать в срок… Ту-ту-ту… Сильно зажмуриваю глаза и снова открываю.
— Спасибо вам, мы очень чётко представили то, что нужно, — благодарит следователь.
— Мне есть о чём беспокоиться? — уточняю у безопасника.
— Демонического заражения у вас ноль. Единственное странное отклонение — я не могу вас прочитать самостоятельно, — поясняет Козьма. — Такое случается, особенно в случае сильных потрясений. Это как раз наш случай. Сочувствую в связи с потерей вашего сопровождающего.
— Извините, — перевожу тему. — А почему вас так интересовали трупы этих монстров?
— Понимаете, нас больше интересует, как именно их убили, — объясняет следователь. — Обычное оружие особого вреда этим существам нанести не может. Они быстро восстанавливаются. В том состоянии, в котором они находились на момент прибытия группы… как бы так объяснить… в общем, они должны были давно восстановиться.
— Там же полтела осталось! — вспоминаю монстра из ресторана.
— Ну и что? Полтела же было — значит, уже вполне мог двигаться. Однако нет — группа, не встретив сопротивления, успешно эвакуировала вас до закрытия прорыва. Кстати, сочувствую ещё раз.
Смотрю на безопасника с некоторым непониманием.
— Чисто по-человечески, нужно было разрешить забрать вашего спутника для дальнейшего погребения в родовом поместье, — отвечает он. — Но таковы правила, уж, извините. Уверяю, после своего ухода, группа оставила воспламеняющиеся снаряды. Так что тело вашего сопровождающего точно не досталось тварям инферно. В его бумагах будет сделана соответствующая запись, и родственники смогут получать выплаты. Я позабочусь.
С пониманием киваю и собираюсь задать следующий вопрос, но безопасник меня предугадывает.
