— Так, господа и дамы, пять минут перерыва, можем развести костёр, — показываю на сухое дерево. — Вот, например, из него.
— Почему бы и нет? — Макс проверяет с помощью амулета уровень демонизации существа. Амулет показывает нулевой процент.
Разводим небольшой костёр из сухого дерева. Горит оно охотно. Деревяшки сгорают, почти не чадя, будто их сушили до этого пару лет при нулевой влажности. Горят хорошо, быстро дают угли. Вот только пожарить на них нечего.
Разве что можно прикрыть глаза и представить, что вы небольшой компаний сели в машину и рванули за город на шашлыки. Весело потрескивает костерок. Вы достаете из багажника шампуры, сосиски, мясо и готовитесь перекусить, отдохнуть от суеты.
— Лёха, — ты на мангале! — слышу знакомый голос.
Хочется погрузиться глубже в это воспоминание, но нельзя. Резко открываю глаза и сбрасываю с себя морок.
Да, амулет показал ноль процентов демонизации, но с этим деревом все равно что-то не так. Реакция ненормальная. Вижу, как по краю тумана рассыпаются маленькие вихри.
— Внимание! — громко кричу. — Марк, сеть на два часа!
Ребята подрываются и сбрасывают с себя оцепенение. Марк автоматически, не задумываясь над моими словами, создаёт серебряную сеть. Она ударяет туда, где я вижу больше всего завихрений эфира.
Раздаётся истошный визг. Из тумана кусками вываливаются мелкие монстры. На взгляд не разберешь, кто они такие: то ли большие крысы, то ли такие же огромные кроты.
В тумане их пряталось очень много, но сетям Марка, в общем-то, безразлично. Мелких монстров сети сразу перерабатывают в фарш. Ребята трут глаза руками и часто моргают.
— Спасибо, Ларик! — Аглая снова присоединяется к девчонкам. Может, и не все потеряно.
Выдвигаемся дальше. Проходим мимо сухого пня, и я беззлобно пинаю остов. Хочется таким образом поставить точку. Пень разваливается на щепки, а из самой сердцевины вываливается шершавый камень. Сразу проверяю его на заражение — снова нулевой уровень демонизации. А вот поправить лезвие ножей, мне кажется, с его помощью можно. Забираю с собой сердца пня. Так, я про себя называю камень. Настоящий трофей.
Каменюка вполне обычный, ничем не отличается от обычного булыжника, разве что, чуть шершавый. Как раз такой пригодится для обработки ржавчины на металле.
В дороге поглядываю на Аглаю. От приступов не осталось и следа. Видно, что девчонка чувствует себя вполне сносно.
И ведь как в воду глядел. Нормальное адекватное состояние нашего менталиста нам пригождается почти сразу.
На нас раз за разом напрыгивают мелкие стаи монстров. Их приближение Аглая теперь чувствует заранее и безошибочно указывает на эти скопления своему напарнику. Точно таких же или похожих Марк уничтожил серебряными нитями в тумане. Нападения случаются все чаще и чаще, но морока больше не видно. В прошлый раз мы все же слишком засиделись у костра.
И если в начале пути нам приходилось останавливаться, чтобы уничтожить этих кротокрысов**, то сейчас мы справляемся на ходу. Аглая приноровилась их замедлять, а Марк кидать сети, не замедляя шаг. Всё это сильно снижает риск путешествия и ходьбы по туманному коридору.
— Как думаете, сколько сейчас времени? — как всегда, задает свои неуместные вопросы Аглая.
Все пожимают плечами. Никто не знает. Как долго мы идем, непонятно. Зримой смены дня и ночи здесь нет. Только лёгкий свет самого тумана и постоянное шевеление эфира. К нему успеваю привыкнуть. Понимаю, что никто этих завихрений, кроме меня, не видит. Просвещать никого не собираюсь — лучше от этого никому не станет.
Кроме тропы впереди, и тумана по сторонам, ничего не видно. У меня складывается ощущение нереальности происходящего. Я бы даже сказал, искусственности. Просто не могу поверить в эту картинку. Возможно, именно это чувство помогает мне держаться. Ну а на моей уверенности держатся и все остальные.
Стоянки проходят в основном без происшествий, и все немного выдыхают. Вот только рано.
— Олеся! — слышу крик рыженькой.
Оборачиваюсь на звук и вижу, как на Олесю прыгает крупная гадина. Четыре мощных лапы, вытянутая морда. Похожа на собачку из коридора. Монстр разбивает Олесин щит на сотни или тысячи капель. Всё происходит настолько быстро, что девушка среагировать не успевает. Она застывает в тысяче разбитых воздушных капель.
Собачка, безусловно, получает то, за чем пришла — пулю в черепушку. Шансов пережить выстрел из слонобоя мало. Ни одному монстру это еще не удалось.
Главное здесь — другое. Главное то, что Олеся именно в этот момент понимает, что она может заставить каплю воды зависнуть в воздухе. И не одну каплю — все до единой. Девчонка удерживает их в воздухе и контролирует. Олеся замирает на пару минут, чтобы погрузиться в свои ощущения. Мы молча наблюдаем и стараемся не спугнуть. У каждого случались такие моменты.
— Есть идея, — предлагает Марина.
Идеи рыженькой всегда годные. Олеся пробует контролировать капли, и это дается ей без труда. Капли разлетаются в стороны по одному маху руки. Молния Марины проскакивает между каплями никак не хуже, чем через сплошную волну. Такая двойная атака намного эффективнее.
